Легенда старого Чеколтана
- Автор: Божаткин Михаил Иванович
- Год: 1965
- Язык: русский
- Год: Радянський письменник
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Легенда старого Чеколтана». Краткое содержание книги:
События, послужившие сюжетом для повести, развивались в послевоенные годы. Лейтенант-минер Шорохов раскрывает секрет ловушки-ликвидатора, от которой погиб его товарищ Бондарук, обезвреживает донную магнитно-акустическую мину. Очищая бухту Караташ, минеры и водолазы находят в конце концов и таинственную штольню, в которой немцы организовали подземную лабораторию «Зет».
Герой другой повести М. Божаткина Николай Булатников, приехавший в глухой хакасский улус, решил проверить достоверность древней легенды. О приключениях Булатникова и старого таежника Африкана Налымова и рассказывается в повести «Легенда старого Чеколтана».
Нет, не тогда он стал минером. После этого он снова плавал на катере боцманом, потом был в морской пехоте, не раз ходил в разведку. Имел дело и с минами — однажды на минах, поставленных Рыбаковым и его товарищами, подорвалось более двадцати немецких автомашин и два бронетранспортера. Но это тоже не оказало существенного влияния на выбор профессии.
Может быть, это?
…Кончилась война. Рыбаков, тогда еще мичман, пошел к морю, сел на пирс, свесив ноги, так что набегавшие волны нет-нет да и касались подошв башмаков. Задумался.
Позади послышались шаги. Оглянулся — начальник разведки отряда капитан-лейтенант Буранов, непосредственный командир Рыбакова. Сел рядом, положил руку на плечо мичману.
— Ну вот, как говорил Маяковский, точка. И телеграмме, и войне. Теперь домой? Чем думаешь в гражданке заняться?
Рыбаков еще не решил. Правда, вчера его вызывали в политотдел, предлагали ехать на учебу. Обещал подумать, но так и не мог прийти ни к какому решению. Вот и сейчас сидит, молчит, не знает, что ответить своему старшему товарищу.
С моря показалась группа торпедных катеров. Рыбаков стал присматриваться, надеясь определить, из какого они подразделения. Неожиданно на месте головного торпедного катера, как и тогда, в сорок первом, под Очаковом, на месте буксира вырос фонтан взрыва, и когда он рассеялся, вместо четырех катеров осталось только три.
— Нет, домой еще рано, — ответил Рыбаков, — война для нас не кончилась. Еще придется повоевать…
— Одобряю! — сказал тогда Буранов.
И вот сколько лет прошло, а Рыбаков все еще на передовой, все еще ходит в атаку на оставленные врагами мины. И не тот последний взрыв решил его судьбу, а, пожалуй, все вместе взятое: и неистребимая тяга к морю в детстве, и помощь в разоружении первой мины, и минирование дорог в партизанском отряде, и, пожалуй, самое главное — стремление быть там, где труднее, опаснее.
Но всего этого не стал рассказывать морякам капитан третьего ранга, а просто ответил:
— Так уж сложилась моя военная судьба. И, признаться, я не жалею, что стал минером…
Старший матрос Коваль был прямо-таки былинным великаном. Шорохов со своим ростом «выше среднего» был чуть ли не на целую голову ниже его, а Колокольников едва доставал ему до плеча. Просто удивительно, что ему выпала на долю специальность, требующая ювелирной точности движений. Такому следовало бы быть командиром орудий главного калибра на линкоре или крейсере, чтобы в случае чего мог и снаряды и картузы с порохом вручную досылать.
А Коваль зашел в класс, поздоровался, затем шагнул к Бондаруку, доложил:
— Товарищ старшин лейтенант, старший матрос Коваль прибыл из командировки!
— Хорошо, садитесь. Рассказывайте, чем вы там занимались?
— Да так, ничего особенного… Связисты тянули кабель, стали под дорогой туннель продавливать, а труба уперлась во что-то твердое. По звуку — металл. Начали раскапывать — снаряды. Хорошо, что труба попала на бок снаряда, а если бы на взрыватель… — и Коваль махнул рукой.
— Много?
— Семьдесят шесть. Да еще кое-какое железо там было… Так чем мне прикажете заниматься?
— Помогайте Колокольникову макет делать.
— Есть!
И все. Как будто бы не на разоружение подземного склада снарядов ездил моряк, а к теще на блины. А ведь, конечно же, было опасно — и Шорохов представил груду изъеденных ржавчиной снарядов, готовых взорваться от малейшего неосторожного движения. Расспросить бы поподробнее, как они там откапывали снаряды, как вынимали их из ямы, куда отвозили, да Коваль повернулся по-уставному и направился туда, где работал Колокольников.
«Ладно, потом попросим, чтобы он на занятиях рассказал об уничтожении этого склада», — подумал Шорохов.
А Коваль подошел к Колокольникову, еще раз поздоровался, теперь уже по-дружески, и спросил:
— Что это у тебя?
Шорохов невольно обернулся, увидел, что Коваль показывает на багровый шрам на шее Колокольникова.
— А так… — протянул матрос.
— Можно подумать, что тебя кто-то повесить собирался.
Матросы присели на зачехленную мину, но голоса их все равно были хорошо слышны.
— Ты же знаешь, какое у меня счастье. Не везет, так во всем не везет… Возвращался вчера из увольнения, показалось, что опаздываю. В одном месте побежал прямиком через двор, ну и наскочил на веревку, что белье вешают… Тебе смешно, а я теперь ходи как висельник… Да еще фельдшер перевязывать не стал, так, говорит, заживет. Помазал йодом, да и все.
— Надо было обойти!..
— А-а! — протянул Колокольников. — Все равно!.. Не веревка, так что-нибудь другое попалось бы…