Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9
- Автор: Быков Василь Владимирович
- Год: 2012
- Язык: белорусский
- Год: Саюз беларускіх пісьменнікаў
- ISBN: 978-985-7007-44-8
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9». Краткое содержание книги:
Дзявяты том склалі кінасцэнарыі 1962–1994 гг.: «Третья ракета», «Альпийская баллада», «Западня» (кінасцэнарый Л. Мартынюка, пры ўдзеле В. Быкава), «Двое в ночи», «Волчья стая», «Долгие версты войны», «Ушедшие в вечность (Обелиск)» (кінасцэнарый В. Быкава, Р. Віктарава), «Его батальон» (кінасцэнарый В. Быкава, пры ўдзеле А. Карпава), «На Чорных лядах» (кінасцэнарый В. Панамарова, пры ўдзеле В. Быкава).
Двое полицейских откуда-то из дома приволокли колченогую скамью, но ее длины хватило лишь на два места под петлями, на третье бросили какой-то фанерный ящик, а на остальные поставили два нетолстых сосновых обрубка.
Там временем обреченные ждали. Сотников обессиленно смежил глаза, додумывая свое, недодуманное за двадцать шесть лет жизни.
Оказывается, смерть ничего не решает и ничего не оправдывает. Только жизнь дает человеку какие-то возможности, которые или осуществляются им, или пропадают напрасно. Смерть же лишает всего.
Да, смерть лишает всего, но согласиться с Рыбаком он не мог, это противоречило всей его человеческой сущности, его солдатской морали. И хотя и без того неширокий круг его возможностей становился все уже, все же возможность умереть честно оставалась с ним до конца. И он воспользуется ею как последним дарованным жизнью благом и уйдет из этого мира с незапятнанной совестью.
По одному их начали разводить вдоль виселицы. Под крайнюю петлю поставили притихшего, сосредоточенного в себе Петра. Рядом взобралась на конец скамьи Бася. У ящика оставили Демчиху. Немецкий солдат с помощью Рыбака повел Сотникова на край, к одному из двух чурбанов.
Но они еще не дошли до него, как сзади закричала Демчиха:
— Ай, паночки, простите! Простите дурной бабе, я ж не хотела, не думала!..
Ее плач заглушили злые крики начальства, что-то скомандовал шеф, и немец, ведший Сотникова, оставил его на Рыбака, а сам бросился к Демчихе. Будила и немцы поволокли ее к ящику. Стась хлопотал возле Петра и Баси.
Рыбак нерешительно подвел Сотникова к чурбану и остановился. Сверху свешивалась новенькая пеньковая удавка. Сотников бросил в сердцах уныло застывшему Рыбаку «держи» и кое-как взобрался на чурбан. Рыбак обеими руками обхватил чурбан снизу.
Вот как оно получилось — и кто мог подумать? Вчера они были друзьями, а сегодня один помогает вешать другого. И все потому, что он еще не расстался с надеждой выжить. Но разве может пойти впрок жизнь, купленная такою ценой?
Рядом все плакала, рвалась из рук полицаев Демчиха, что-то принялся читать по бумажке немец в черных перчатках. Шеренга стоявших в оцеплении немцев замерла. Шли последние минуты жизни, и Сотников жадным прощальным взглядом вбирал в себя неказистый вид местечковой улицы с пригорюнившимися фигурами людей в толпе, молодыми деревцами посадки, поломанным штакетником ограды, бугром намерзшего льда у колонки.
Сзади хлопотали полицаи, раздавались их злые командыокрики. Кто-то подошел к Сотникову и накинул на шею петлю. Вот и конец. Сотников перевел прощальный взгляд на людей — обычный местечковый люд в тулупчиках, ватниках, различных армейских обносках. Среди множества настороженных печальных лиц его внимание привлекла тонкая фигурка мальчика лет двенадцати в низко надвинутой на лоб старой армейской буденовке. Мальчик с детской завороженностью на бескровном болезненном личике следил за ними на виселице, и Сотников одними глазами улыбнулся мальцу — ничего, браток!
Сзади послышались команды, начинали вешать. Дико закричала Демчиха:
— А-а-ай! Не хочу, не хочу!..
Но ее крик вдруг оборвался, резко дернулась перекладина. Со стороны начальства снова раздалась команда, видно, она относилась к нему, Сотникову. Чурбан под ногами слегка пошатнулся — это не решался на свой последний поступок Рыбак.
— Прости, брат! — прошептал он. Небритое лицо его было растерянным и жалким.
— Пошел к черту! — коротко бросил Сотников и оттолкнулся здоровой ногой.
Рыбак выпустил подставку и отшатнулся — ноги Сотникова закачались рядом; сбитая ими шапка с головы Рыбака упала на снег. Рыбак, распластавшись на снегу, поспешно выхватил ее из-под ног повешенного, который уже успокоенно раскручивался на веревке. Рыбак не решился глянуть ему в лицо и видел только его зависшие в воздухе ноги — одну в растоптанном бурке и рядом — вывернутую пяткой наружу грязную посиневшую стопу. На коленях он отполз в сторону и с усилием встал.
Полицаи наводили последний порядок под виселицей, Будила вытаскивал из-под Демчихи ящик, Рыбаку издали что-то прокричал Стась, и тот, догадавшись, отбросил к штакетнику чурбан из-под Сотникова. Когда он обернулся, Стась стоял напротив со своей обычной белозубой улыбкой на лице-маске. Глаза его, однако, оставались настороженно холодными.
— Гы-гы! Однако способный, падла!
— А ты думал! — буркнул Рыбак.
— И правильно! А что там — жалеть бандита! — осклабился Стась, и Рыбак вовсе смешался.
Постой, что это? О ком он? О Сотникове, что ли? Но при чем тут Рыбак? Разве это он? Он только придержал обрубок. И то по приказу полиции…