Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9
- Автор: Быков Василь Владимирович
- Год: 2012
- Язык: белорусский
- Год: Саюз беларускіх пісьменнікаў
- ISBN: 978-985-7007-44-8
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9». Краткое содержание книги:
Дзявяты том склалі кінасцэнарыі 1962–1994 гг.: «Третья ракета», «Альпийская баллада», «Западня» (кінасцэнарый Л. Мартынюка, пры ўдзеле В. Быкава), «Двое в ночи», «Волчья стая», «Долгие версты войны», «Ушедшие в вечность (Обелиск)» (кінасцэнарый В. Быкава, Р. Віктарава), «Его батальон» (кінасцэнарый В. Быкава, пры ўдзеле А. Карпава), «На Чорных лядах» (кінасцэнарый В. Панамарова, пры ўдзеле В. Быкава).
— Давай сюда следователя! — жестко требовал Сотников, которому тоже начали вязать руки.
На крыльцо из помещения тем временем выходило начальство — два полицейских чина в новенькой черной форме, пять или шесть немцев в фуражках, несколько человек в штатском. Немцы во дворе притихли. Кто-то торопливо сосчитал сзади:
— Раз, два, три, четыре, пять…
— Ну, все готово? — спросил кто-то с крыльца. Первым шагнул на ступеньки шеф СД с маленькой кобурой на поясе. Во дворе еще никто не ответил, как в наступившей тишине хрипло выкрикнул Сотников:
— Начальник, я хочу сделать заявление.
Шеф обернулся к Портнову, который шел следом.
— Что есть такое — заявление?
— Это есть ерклёрунг — просьба, — пояснил Портнов.
— Я хочу сообщить, что из всех я один партизан. Ночью я ранил вашего полицая. Тот, — Сотников кивнул в сторону Рыбака, — тут оказался случайно. Остальные ни при чем вовсе. Берите меня. Одного.
Немцы и полицаи на крыльце умолкли. Все уставились в Сотникова.
— Это и все? — холодно спросил Портнов и махнул рукой.
— Марширен, марширен! — бросил шеф, натягивая перчатки и сходя со ступенек на снег.
За ним стали сходить немцы и полицейские, и вдруг Рыбак встрепенулся, подался вперед к Портнову.
— Господин следователь! Господин следователь! Одну минутку! Вы это вчера говорили, так я согласен. Я тут, ей-богу, я ни при чем. Вот он же сказал…
Шеф СД недовольно остановился, к нему повернулся Портнов. Он что-то бойко объяснил по-немецки, потом кивнул Рыбаку.
— Подойдите сюда!
Рыбак сделал три шага к крыльцу.
— Вы согласны вступить в полицию?
— Согласен! — искренне ответил Рыбак.
— Так. Развязать!
— Сволочь! — выкрикнул сзади Сотников и задохнулся от кашля.
Рыбака развязали, от подвигал натруженными руками и отошел чуть в сторону, чтобы отделиться от остальных. Кто-то из начальства повернулся к выходу из двора, как сзади раздался крик Демчихи:
— Ага, отпускаете! Тогда отпустите и меня! Я скажу, у кого эта пряталась! Я скажу! У меня детки малые! О, божечка, как же они!..
Полицаи и немцы снова остановились. Высокий немец недовольно произнес что-то. Портнов обернулся к Демчихе.
— А ну, а ну, скажи, у кого?
— А развяжите!
— Стась!
Стась подскочил к Демчихе и быстро развязал ее руки.
Та в нерешительности принялась тереть их о полу кожушка.
— Так у кого скрывалась? — подойдя к ней вплотную, напомнил Портнов.
— У этого, как его…
— Дурное болтаешь, — негромко, но твердо сказал рядом Петр. — Вспомни о боге.
— Так это… У Федора Бурака будто.
— Какого Бурака? — нахмурился Потрнов. — Бурака тут с прошлого лета нет. А ну подумай-ка лучше.
Демчиха, потупясь, молчала.
— Ну?!
— Так я же сказала.
— Врешь! Стась!!
Стась, наготове стоявший за спиною женщины, цепко схватил ее руки.
— Я же сказала, я сказала вам! — истошно запричитала Демчиха. — Ах, чтоб вас громом убило!.. Что же вы делаете? У меня же детки малые!.. Ах, деточки мои родненькие!..
— Готово! — сказал Стась.
— Ведите! — приказал Портнов и кивнул Рыбаку. — Вы подсобите тому! — указал он на Сотникова.
Рыбаку это мало понравилось, но ничего не поделаешь. Он поспешно подошел к Сотникову и взял его под руку.
Через широко распахнутые ворота их повели на улицу.
Пятеро обреченных в окружении полицаев медленно шли местечковой улицей к центру.
Впереди шагал Петр, за ним семенили Демчиха с Басей, сзади тащился Сотников, которого поддерживал под руку Рыбак.
Сотникову этот последний его путь давался невероятно мучительно. Лоб его покрылся холодным потом, от слабости мутилось сознание.
Это было хуже всего — ничего не добиться самому и так ошибиться в товарище. Конечно, он знал, что со страха или из ненависти люди способны на любое предательство, но Рыбак не был трусом, как не был он и предателем. Наверно, чего-то не хватило ему в этой его торговле за жизнь, и чтобы не потерять ее, Рыбак согласится на все.
Медленно ступая по снегу, они перешли мосток, поднялись на пригорочек. Впереди стал виден двухэтажный дом с широким полотнищем немецкого флага у входа. Перед домом на небольшой площади собралась толпа людей, которая, очевидно, ждала их приближения. Площадь была оцеплена густым рядом немецких солдат.
Они подошли ближе, и Сотников увидел веревки.
Пять гибких пеньковых петель тихо покачивались над улицей, свисая с перекладины старой довоенной арки.