Отец лучшей подруги
- Автор: Майер Жасмин
- Серия: Запретные отношения #4
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Отец лучшей подруги». Краткое содержание книги:
— Знаешь, Яков, не перестаю удивляться тому, что мы с тобой вообще родственники.
Подхватив рюкзак, лечу обратно в коридор. Замечаю на кухне движение. Это незнакомый мне Сережа юркает обратно за дверь. Он не Яков, не может с невозмутимым видом подслушивать.
А в коридоре обстановка дружелюбнее не стала.
Платон стойко выслушивает мамины обвинения в том, что он «волк в овечьей шкуре», что она ему доверяла, а он «позарился на ее золотко».
Мама до сих пор держит его в предбаннике, в верхней одежде, но при виде рюкзака с вещами ее плечи опускаются и она сдувается, как лопнувший шарик. Притягивает меня к себе так, что чуть не душит.
Не могу ни вдохнуть, ни поймать тяжелый рюкзак, который сползает с плеча.
— Лея… Лея… Бедовая ты моя, девочка. Ты уверена, что хочешь этого?
Платон реагирует молниеносно — подхватывает рюкзак за секунду до того, как он падает на пол, и забирает себе. Заметив этот обыденный жест, мама почему-то громко всхлипывает.
— Не думай, что можешь использовать мою девочку, а потом просто отправить ее с вещами восвояси, — она кивает на рюкзак, который Платон держит в своей руке. — Ты вообще любишь мою дочь, Платон? Насколько для тебя все это серьезно?
Вид у Платона становится такой, как будто ему выпал на экзамене вопрос, к которому он не готовился. Но он быстро берет себя в руки.
— Серьезно, — отвечает он.
«Не признался он тебе, видишь, Лея? И не признается, не дождешься!». Взять бы этот призрак и расстрелять, так ведь не выйдет. Гоню от себя прочь едкий голос Оксаны, который намертво отпечатался в памяти. Он сказал «Серьезно», на данном этапе этого вполне достаточно. Это и так больше, о чем я могла мечтать.
Если бы Платон начал говорить моей маме о внеземной любви ко мне, это было бы первым признаком нереальности происходящего. Такие вещи мне снились, но теперь, когда я знаю Платона лучше, понятно, что кое-что точно будет иначе, чем мне представлялось раньше.
— Лея, тебя ждет серьезная операция, — делает последнюю попытку мама. — Пожалуйста, останься дома. Тебе нужен уход.
— Я позабочусь о ней, Сара, — ставит точку в этом разговоре Платон. — Обещаю.
________
sexy sugar daddy (англ) - сексуальный сладкий папочка
Глава 35
— Она столько наговорила тебе.
Платон выключает мотор и с удивлением смотрит на меня. Это мои первые слова с того момента, как мы оставили мою маму на пороге квартиры и вернулись в машину.
Вокруг простирается полупустая подземная парковка для жильцов комплекса.
— Я не в обиде, — пожимает он плечами. — Она твоя мать и волнуется о тебе. Я и сам не показал себя лучшим образом в свое время. Помнишь, как я «поговорил» с Костей так, что он оказался после этого в больнице? Могло быть и хуже. Все хорошо, Лея… Мне все отменить? — спрашивает спустя короткую паузу.
Не сразу понимаю, что он про сюрприз, для которого мне и нужен был купальник.
Я столько мечтала о том, чтобы быть с ним вместе, а теперь сбита с толку маминой реакцией. Конечно, она не ожидала, отчасти понять ее можно…
Одно дело просить Платона найти мне гипотетического сверстника и совсем другое отдавать меня мужчине, который когда-то присматривал за мной, когда мне было десять. Любой другой друг Платона не дул на мои разбитые коленки, как это делал когда-то он сам.
— Ты как?
— Странно.
Платон откидывается на сидение и улыбается.
— Я чувствовал себя также, когда приехал домой после отеля, и увидел на пороге квартиры тебя… Жалеешь?
Он спрашивает это, не глядя на меня. Как будто не решается обернуться и заметить в моих глазах сожаление о том, что случайная связь зашла так далеко.
Мой черед улыбаться, хотя он и не видит моей улыбки.
— Ты так ничего и не понял, раз такое спрашиваешь.
Выхожу из машины первой. Странное ощущение возвращается. Сейчас мы поднимемся в его квартиру, а Юли там не будет. Мы будем впервые одни в целой квартире. Это странно даже мне, а каково Платону?
Платон подхватывает рюкзак, берет меня за руку и тянет за собой. Не в сторону лифтов, а в глубину парковки.
Издали замечаю, что вывеска спортивного зала уже не горит. Вот зачем купальник, но, похоже, сюрприз не удастся.
Возле темного входа в спортзал маячит какая-то фигура. При виде нас мужчина замирает и растягивает губы в широкой улыбке.
— Ай да, Платоша… Ай да, сукин сын, — тянет он, поедая меня глазами.
— Радик, — здоровается Платон, мужчины пожимают руки.
Его тренер, точно! Смотрел на меня сальными глазами, даже когда Платону было плохо. А еще Радион, кажется, единственный человек, которому позволено называть такого человека, как Платон Дмитриев, — Платошей.