Отец лучшей подруги
- Автор: Майер Жасмин
- Серия: Запретные отношения #4
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Отец лучшей подруги». Краткое содержание книги:
Не могу больше выносить этого скупердяя и эгоиста, поэтому выхожу из палаты в коридор. Плевать, что из-под темных стекол у меня постоянно текут слезы, мы же в клинике, как-никак. Тут к такому привыкли.
На меня никто не обращает внимание. Кругом снуют медсестры.
— Как же он достал, весь персонал на уши поднял… — говорит она другой, но та шикает и кивает на меня.
Обе спешно уходят.
Да уж, повезло кому-то. Наверняка это тот самый муж, который еще во время операции всех на уши поставил. И это точно не муж моей соседки по палате.
Глаза болят, но я все равно смотрю на телефон. Яркость экрана выкручена на минимум, а на мне солнечные очки, но это не помогает. Запредельно слепящая яркость бьет по глазам, и я все равно не вижу, нет ли случайно пропущенных звонков от Платона. Глаза после экрана телефона болят так, как будто я полчаса неотступно глядела прямо на солнце.
Нужно смириться. Я ничего не пропустила. Мой телефон не сел, не выключен. Если бы Платон хотел, он бы уже позвонил.
— Уверяю вас, все прошло хорошо. Вам не о чем беспокоиться.
Голос доносится из приоткрытой двери, последней в длинном бесконечном больничном коридоре, по которому я бреду несчастная и одинокая.
Голос своего хирурга, с которым встречалась уже не раз, узнаю сразу. А вот ему вторит незнакомый голос. Порывшись в памяти, вспоминаю заведующего, который тоже встречал меня перед операцией.
И чего так переживать? В этой клинике абсолютно ко всем хорошо относятся!
Оба врача отчитываются о ходе проделанной операции, наперебой говорят о замечательной постоперационной палате и общем времени восстановления. Потом уверяют, что все будет хорошо и уже можно выписывать пациентку. А когда принимаются благодарит за щедрое пожертвование, я закатываю глаза.
Передо мной только дверь на лестницы, так что достигнув ее, я разворачиваюсь в обратный путь. И тогда же оба мужчины в белых халатах выходят из кабинета. Следом за ними выходит тот самый мужчина, который поднял на уши всю больницу.
Различаю твердую линию плеч, широкую спину в дорогом темно-синем костюме. И делаю глубокий рваный вдох.
Легкие тут же наполняются терпким сандаловым ароматом. Голова идет кругом. А зрение мутится из-за набежавших слез, и я всхлипываю, зажав рот рукой.
Вижу, как Платон замирает как вкопанный и медленно оборачивается. Как и сопровождающие его врачи.
— Лея?... — его губы при виде меня рыдающей в коридоре сжимаются в узкую линию, а глаза становятся ярко-зелеными, что не предвещает ничего хорошего.
Оба врача это понимают. Они бледнеют и переглядываются. Еще бы, я ведь только что слышала, как они расхваливали мою палату, в которой я ни в чем не нуждаюсь! А вместо этого я тут, рыдаю посреди коридора.
— Слезы нормальная постоперационная реакция! — спешит уверить Платона заведующий.
Платон подходит ближе. Касается большим пальцем моей щеки и вытирает бегущие безостановочно слезы.
— Какой же ты ненормальный, — шепчу ему. — Достаточно было просто позвонить мне…
— А ты не должна была подслушивать под дверью, — улыбается он в ответ. — Готова ехать домой?
— А ты потом уйдешь опять на работу?
— Не сегодня. Я постарался закончить все необходимые дела еще вчера, поэтому так и задержался.
Платон подхватывает меня под локоть и ведет мимо врачей, к которым уже направляется другой мужчины.
— Эй, а хирург тут? — громко говорит он. — А можно этот препарат из списка чем-то заменить? Ну там не знаю… Что-то народное?
— Конечно, можно, если вашей жене больше не нужны глаза, — отвечаю я ему громко.
Похоже, я знаю, чей он муж.
Лицо Платона вытягивается, и он с недоумением смотрит на меня. А я, несмотря на текущие слезы, улыбаюсь.
Сегодня именно я вытащила счастливый билет, кто бы мог подумать?
Глава 37
— Не дергайся. И дыши глубже.
— Не могу, — стонет Лея.
— Мы должны это сделать.
— Знаю… Ладно, давай закапаем уже это чертово лекарство!
— Умница.
На кухне полумрак. Панорамные окна занавешены темными, но прозрачными шторами. За окном опять идет снег, и на этот раз метель засыпает город не играючи, как раньше. А с тем зимним настойчивым упрямством, что бесит все коммунальные службы города.
— Расслабься, — касаюсь ее плеча. — И постарайся не дергаться.
— Никак не могу, черт возьми, — цедит она сквозь зубы, глядя в потолок.
Сначала она пыталась капать лекарства самостоятельно, но ничего не вышло. Капли попадали куда угодно, но не туда, куда надо. Рефлексы оказались сильнее. Когда над ее глазами появлялся пузырек с лекарством, Лея напрягалась всем телом, будто этот было дуло пистолета, и начинала моргать абсолютно невпопад.