Реактор. Черная быль
- Автор: Якубов Олег Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Реактор. Черная быль». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
***
В середине мая в одной из благополучных скандинавских стран, где, истолковав по-своему учение Маркса – Энгельса, построили собственную модель социализма, ученые обнаружили повышенный радиоактивный фон. Метеорологам не составило ни малейшего труда определить направление ветра, на карте они безошибочно указали район в ста тридцати километрах от Киева, откуда и надули им беду злые ветры чернобыльской радиации. Как пелось, хотя совершенно по иному поводу, в одной из патриотических советских песен, «и разведка указала точно». Скандинавская разведка подтвердила: в указанном метеорологами районе расположена советская атомная станция. Информация о пожаре на Чернобыльской электростанции в прессу просочилась еще несколько недель назад. Сложить два и два было несложно. Разразился скандал.
Советское правительство вынуждено было признать факт аварии на реакторе атомной станции. Но за забор циничной лжи и лицемерия не удалось заглянуть никому. Формулировки, принятые Политбюро, были обтекаемыми и выверенными. Да, авария произошла, Да радиоактивный выброс приборами зафиксирован. Но незначительный, не представляющий особой угрозы для жизни и здоровья населения. Аварию ликвидируем своими силами, в помощи не нуждаемся, радиационный фон практически выровнялся и не превышает допустимой нормы.
За тридцать пять лет, прошедших после ядерной катастрофы, удалось раскрыть почти все чернобыльские тайны. Но одна остается нераспознанной по сей день. Как удалось Советскому Союзу убедить в своей правоте международное агентство по атомной энергии МАГАТЭ – сие тайна, покрытая мраком. Факт, однако, остается фактом – МАГАТЭ сделало официальное заявление, что радиоактивный фон после ликвидации основных последствий пожара (о взрыве в этом документе не было сказано ни слова) пришел в норму. Атомщики всего мира в эту ахинею поверить попросту не могли. Многие страны обратились к Советскому Союзу с предложениями об оказании гуманитарной помощи. Предлагали защитные костюмы и медикаменты, участие в ликвидации аварии ученых, разнопрофильных специалистов и рабочих. В ответ получали выражение «сердечной благодарности» и заверения, что «в помощи не нуждаемся».
А из Киева в Москву каждый день вылетало теперь уже по нескольку самолетов, пассажирами которых были только участники ликвидации аварии на Чернобыльской атомной станции. Получив критическую дозу облучения, они летели в госпиталь. Для многих это был последний в их жизни полет.
Глава девятнадцатая
В спецкомендатуре отправленных «на химию» зарегистрировали, выдали спецодежду —все ту же арестантскую робу, распределили по бригадам. Каждому на руки выдали «Карточку учета доз радиоактивного облучения». Потом отвели в «общежитие» – помещение эвакуированного детского сада. Это была почти свобода. Не было больше сырых, покрытых вечной плесенью стен, смрадного кислого воздуха камеры, жестких нар, очередей к параше, «шмона», грубых окриков «дубака»: «Руки за спину, лицом к стене, п-шел», визгливых драк и беспрестанных «разборок». Голова кружилась от пьянящего свежего воздуха, возможности пройти по улице, заглянуть в сельпо, купить любимое еще с детства лакомство и не называть его на блатном жаргоне «печенье в клеточку», а сказать продавщице привычное: «Пачку вафель, пожалуйста, да, вот этих, лимонных…». Лучше всех, с кем прибыл сюда в «столыпине», Гелий понимал, что они находятся в зоне повышенной радиации, но о плохом думать сейчас не хотелось. Хотелось просто бездумно сидеть на крылечке, щуриться на солнышке, беззаботно наслаждаться любимым с детства шоколадным мороженым, радоваться брызнувшим на одежду капелькам из конфетного шарика клюквы с сахаром.
Пришел нарядчик, распределил их по бригадам. Строганов попал в белорусское управление «Гидрострой», возводившее глиняную перемычку на Припяти. Но новую специальность ему осваивать не пришлось. Распределив пополнение по участкам, мастер Гриша Колобов закурил и стал озабоченно осматривать свой дозиметр. Сначала он пытался в нем что-то подкручивать, потом стал нещадно колотить о заскорузлую ладонь.
Гелий не выдержал:
– Можно мне? – обратился он к мастеру.
Тот глянул недоверчиво, но дозиметр отдал – за время работы в Чернобыле он привык, что народ здесь собрался самый разнообразный. Гелий осмотрел прибор, прокомментировал:
– С полчасика надо повозиться. Если хотите, после работы займусь.
– А зачем после работы? Занимайся сейчас. Ты что, в этом кумекаешь?
– Я по военной специальности юстировщик, – коротко пояснил Гелий. Он не собирался посвящать мастера в подробности того, что специальность получил на военной кафедре физмата МГУ.