Реактор. Черная быль
- Автор: Якубов Олег Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Реактор. Черная быль». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
Смущенный столь необычным предложением капитан только рукой махнул. «Мародерка», похитившая собственные вещи из своей же квартиры, подхватив чемодан, с независимым видом удалилась, нарочито вихляя бедрами.
***
В Чернобыль со всех концов Советского Союза хлынули командированные сюда специалисты – строители, ученые, инженеры всех мастей. В зону аварии заезжать в цивильной одежде было категорически запрещено. Такого количества защитных костюмов взять негде. На складах когда-то были, но та самая, никому не ведомая корова и костюмы языком слизала.
Нашли весьма своеобразный выход из положения. Прикомандированных переодевали в Киевской тюрьме, «крытке», как называли «родной дом» заключенные. Каждому выдавали темно-синюю или черную зэковскую робу, нижнее белье, носки, ботинки, даже кепочку. Собственную одежду завальцовывали в плотные целлофановые пакеты. Как-то утром к тюрьме подкатил автобус, в котором находилась группа инженеров-гидростроителей, только что прилетевших из Ленинграда. Заведующего тюремным вещевым складом на месте не оказалось. Как потом выяснилось, тот, никого не предупредив, поехал хоронить шурина. Лейтенант из администрации тюрьмы метался в растерянности, у него было строжайшее указание специалистов не задерживать, выдавать «спецодежду» и отправлять без всякого промедления. Выручил всех крутящийся поблизости «шнырь» – уборщик.
– Так тут же форточка есть, гражданин начальник, – угодливо улыбнулся зэк.
– Кто тебя спрашивает, и при чем тут форточка? – взъярился офицер.
– А форточка при том, что в камере сорок восемь-двенадцать чалится один аристократ, форточник9, погоняло Бугай, так вы его позовите, он живо откроет.
– А что, это мысль, – оживился начальник. – Как фамилия этого «аристократа»?
– Ну, этого мы не знаем, это нам ни к чему, – осклабился «шнырь», довольный одобрением начальства.
Минут через десять перед ними предстал тщедушный мужичок с ноготок, кем-то остроумно прозванный Бугаем. Ловко и сноровисто юркнув в форточку, Бугай открыл дверь изнутри. Получив в награду несколько сигарет, отправился обратно в «хату», а переоблачившиеся ленинградцы поехали туда, где, в отличие от этого преступника, который точно знал, сколько лет ему еще сидеть, ждала их тревожная неизвестность.
***
Чувство опасности, как и любое из иных человеческих чувств, со временем притупляется. И бытовые заботы иногда (а может, оно и к лучшему?) заслоняют собой тревоги, даже вызванные опасением за собственную жизнь. Люди огорчались тем, что взамен порванных рукавиц не выдают других, ругались матом, получив вместо мясных консервов овощное рагу, радовались, пересчитывая зарплату, пили спирт и вино.
При выдаче алкоголя даже здесь существовал принцип классового разделения. Итээровцам – инженерно-техническим работникам – в конце смены выдавали по бутылке сладкого вина. Считалось, что «кагор» хорошо очищает кровь. Работяги перед каждой сменой вместе с сухим пайком получали по сто пятьдесят граммов чистейшего медицинского спирта. Ну, может, и не совсем чистейшего и совсем не медицинского – снабженцы и мысли не допускали, что хороший продукт нужно вот так, за здорово живешь отдать, – но точно по сто пятьдесят какого-то спирта. Доза-то она вроде ничтожная, но голь на выдумки хитра. Разжигали костры, спирт наливали в выданные здесь солдатские чайники, разбавляли водой и кипятили. Воду потом добавляли, снова подогревали, прихлебывая эту горячую смесь, которая мгновенно всасывалась в кровь. Сидя в эту невероятную, усиленную радиацией, жару, блаженствовали, травили всякие забавные байки и анекдоты. Народный юмор неистребим, анекдоты на чернобыльскую тему появились уже через несколько дней после взрыва реактора.
– Кто скажет три основные стадии облучения? – спрашивал рассказчик у слушателей. И сам же отвечал: – Первая стадия, когда волосы с башки падают, вторая, когда цветы на могиле не растут, а третья, когда с портрета на памятнике зубы выпадают.
– А вот еще, – мгновенно подхватывали эту тему. – Идет урок по географии в школе. Ну, училка спрашивает: «Дети, какая самая широкая река в СССР?» Дети кричат, что Волга, Амур, Енисей. «Нет, – отвечает училка. – Самая широкая река в СССР —это Припять: редкая птица долетит до середины».
Покурив и хлебнув еще по глотку «горяченького», не спеша поднимались. Молодых напутствовали ставшим теперь традиционным стишком: «Если хочешь стать отцом, яйца оберни свинцом». Вот так, под юмор висельников, спокойно, вразвалочку, и шли за смертью.
9
По Словарю блатного жаргона «аристократ» – вор, пользующийся уважением, «форточник» – вор, проникающий в помещение через форточку. – Прим. авт.