Древний Иран накануне империй (IX–VI вв. до н. э.). История Мидийского царства

Пересмотр времени гибели Урарту, как уже отмечено, начался в связи с исследованиями немецких археологов в Бастаме. Пожар, уничтоживший этот город-крепость, имеет довольно точную дату: в нескольких помещениях цитадели найдено огромное количество обгоревших костей копытных животных, среди которых обнаружено не менее 1315 булл с именами только одного урартского царя — Русы (II), сына Аргишти, и нескольких царевичей. Эти находки позволили предполагать, что город не мог погибнуть позднее смерти этого царя в 645, 639 г. или даже в 655/54 г. [Salvini, 1979, S. 128. Tab. 4; Kroll, 1988, S. 78]. Причины гибели крепости С. Кролл, У. Зайдль и другие исследователи видят в общем крушении Урарту. И если В. Клайсс, С. Кролл, М. Сальвини первоначально исходили из хронологии российских урартологов [Kleiss, 1979, S. 12,100,210], то позднее почти все они отказались от нее и теперь относят время окончательной гибели Урарту не к началу VI в., а к концу 40-х гг. VII в. до н. э. [Kroll, 1984, S. 157–170; 1988, S. 78–79; Zimansky, 1995, р. 98–100]. Однако необходимы дополнительные исследования, которые позволили бы говорить в пользу одновременной гибели всех урартских городов. Помимо Бастама, в правление Русы II определенно погибли Кармир-блур и Айанис. Топраккале функционировал позднее. Некоторые города также могли пережить правление Русы II и погибнуть позднее (см. ниже).

В Бастаме У. Зайдль выделила два типа печатей. Преобладают буллы с именем Русы, они имеют характерные признаки царской печати: изображение льва и зонтик над фигурой царя (рис. 1, А). Эти признаки столь существенны, что иногда в легенде на печати отсутствует сам титул «царь». На печатях же царевичей имена их владельцев и содержание рисунка считались недостаточными, и удостоверение данной печати обеспечивалось титулом LUA.NIN-li, букв.: 'сын госпожи', что интерпретировалось как 'сын царицы', т. е. 'принц, царевич' [Seidl, 1979, S. 137–146; 1988, S. 145–152; Kroll, 1984 S. 161–162). По мнению У. Зайдль и С. Кролла, печати с династическими именами урартского царствующего дома являлись печатями царевичей, которые занимали высокие административные посты. Они действовали в качестве представителя царя. Царевичи, чьи печати найдены в Бастаме, очевидно, были современниками Русы II. До тех пор пока их имена не засвидетельствованы печатями царского типа или царской титулатурой, они могут считаться только царевичами. Поэтому установление дополнительных урартских царей для второй половины VII в. только на основании этих имен, как предлагали И.М. Дьяконов, Б.Б. Пиотровский, Н.В. Арутюнян и М. Сальвини, по мнению немецких исследователей, — пока только недоказанная гипотеза [Kroll, 1984, S. 169; 1988, S.,77–78]. Позднее знаки на печатях принцев были прочитаны иначе — luA.ZUM-li — 'тот, кто выпускает (воду?)' [Hellwag, 2000, S. 21–43]. В таком случае это слово обозначает не титул, а должность чиновника, который отвечал, очевидно, за состояние ирригационной системы и за распределение водных ресурсов. Примечательно, что, в отличие от других официальных лиц, имена которых известны по табличкам и буллам, только персоны, обозначенные этим термином, носили династические имена и отчества. Следовательно, эти лица по-прежнему могут рассматриваться в качестве членов царской фамилии и так или иначе учитываться при составлении генеалогии урартских царей.