Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9
- Автор: Быков Василь Владимирович
- Год: 2012
- Язык: белорусский
- Год: Саюз беларускіх пісьменнікаў
- ISBN: 978-985-7007-44-8
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Поўны збор твораў у чатырнаццаці тамах. Том 9». Краткое содержание книги:
Дзявяты том склалі кінасцэнарыі 1962–1994 гг.: «Третья ракета», «Альпийская баллада», «Западня» (кінасцэнарый Л. Мартынюка, пры ўдзеле В. Быкава), «Двое в ночи», «Волчья стая», «Долгие версты войны», «Ушедшие в вечность (Обелиск)» (кінасцэнарый В. Быкава, Р. Віктарава), «Его батальон» (кінасцэнарый В. Быкава, пры ўдзеле А. Карпава), «На Чорных лядах» (кінасцэнарый В. Панамарова, пры ўдзеле В. Быкава).
В камеру приводят Петра. Нагнув белую голову, старик молча прошел в свой темный угол.
Рыбак насторожился: подумалось, снова возьмут на допрос. Но на этот раз не взяли никого, шаги полицейского удалились в направлении дальней камеры, донеслись голоса, плач — в этот раз брали женщин.
Когда все затихло, Рыбак спросил старосту:
— Ну как? Обошлось? Петр ответил невесело:
— Нет, не обойдется. Плохи наши дела.
— Хуже некуда, — согласился Рыбак. Староста высморкался, разгладил усы.
— Подговаривали, чтоб выведал от вас. Про отряд, ну и еще кое-что.
— Вот как! Шпионить, значит?
— Вроде того. Шестьдесят семь лет прожил, а под старость на такое дело… Не-ет, не по мне это.
Рядом на соломе завозился Сотников.
— Кто это?
— Да тот, лесиновский староста, — сказал Рыбак. Широко раскрытыми глазами Сотников глядел в темноту.
Стало ненадолго тихо.
Но вот опять послышались шаги, звякнул засов, все насторожились: за кем? Но на этот раз никого не забирали — напротив, кого-то привели в камеру.
— Ну! Марш!
Кто-то едва различимый в темноте неслышно проскользнул в дверь и затаился у порога. Рыбак спросил:
— Кто тут?
— Я.
— Кто я? Как зовут?
— Бася.
— Кто такая? Откуда?
Девочка молчала. Тогда он спросил о другом.
— Сколько тебе лет?
— Тринадцать.
В углу зашевелился Петр.
— Это самое… Ты не Меера-сапожника дочка?
— Ага, — тихо подтвердила девочка.
— А-яй! Меера же тогда уничтожили вместе со всеми. Как же ты уцелела? Наверно, пряталась где?
Девочка не ответила. Уставившись в тусклый ее силуэт, Рыбак напряженно думал:
Странно, почему ее привели сюда, а не в камеру к женщинам? Наверно же, в подвале есть и еще места, так почему ее подсадили к мужчинам? Что они еще замышляют?
— И чего им нужно от тебя? — расспрашивал Петр.
— Чтоб сказала, у кого пряталась.
— А-а, вон что! Ну а ты же не сказала, у кого?
Бася замерла и молчала.
— И не говори, — одобрил старик. — Нельзя от таком говорить. Если и бить будут. Или тебя уже били?
Вместо ответа вдруг послышался всхлип, коротенький, сдавленный плач. Сотников на соломе осторожно задержал дыхание.
— Рыбак!
— Я тут.
— Там вода была.
— Что, пить?
— Дай ей воды. Ну что же ты сидишь?
Нащупав под стеной котелок, Рыбак протянул его девочке.
— Не плачь. На вот, попей.
Бася немного отпила и, присмирев, затихла у порога.
— Иди сюда, — позвал Петр. — Тут вот место есть. Будем сидеть. Вот подле стенки держись.
Послушно поднявшись и неслышно ступая босыми ногами, Бася перешла в угол.
— Да-а, попались! Что они еще сделают с нами?
Ему никто еще не ответил, как со двора донеслось злое:
«Иди, иди, падла!» и не менее обозленное в ответ: «Чтоб тебя так в пекло гнали, негодник!» — «А ну шевелись, не то как двину!» Застучали засовы, в подвал ввели Демчиху.
Но вместо того, чтобы повести ее в прежнюю камеру, Стась открыл их дверь и сильно толкнул женщину через порог.
— Куда толкаешь, негодник! Тут же мужчины, а божечка мой!..
— Давай, давай, черт тебя не возьмет! — крикнул Стась. — До утра перебудешь!
— А утром что? — вдруг спросил Рыбак, весь напрягшись во внимании.
— А утром капут всем! Понял?
Капут? Как то есть капут? Почему капут? Всем? Не может быть! Почему так скоро капут?
Рыбак подобрал ноги, дал пристроиться у порога женщине, которая все всхлипывала, сморкалась, но постепенно стала успокаиваться. Петр в углу сказал рассудительно:
— Что же делать, если попались? Надо терпеть. Откуда же будешь, женщина?
— Из Поддубья я, если знаете.
— Знаю, а как же. И чья же ты там?
— Да Демки Окуня женка.
— Да-а… А Демьян, кажется, в войске?..
— Ну. Демка там где-то горюшко мыкает, а тут надо мной измываются. Забрали вот. Деток одних покинули… Ой, деточки мои родненькие!..
Она расплакалась снова.
Выплакавшись, однако, снова стала успокаиваться и сказала:
— Вот люди! Как звери! Гляди, каким чертом стал Павка этот.
— Портнов, что ли?
— Ну. Я же его кавалером помню, — тогда Павкой звали. А потом на учителя выучился. Евоная ж матка на хуторе жила, так каждое лето на молочко да на яблочки приезжал.
— Знаю Портнова, как же, — сказал Петр. — Батька мужик был, а он на учителя выучился. А теперь вон новой власти как служит!
— Гадина он был. И есть гадина.