Сочинения в четырех томах. Том 3
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- Переводчик: Михаил Иосифович Гилинский
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
В третий том вошли романы «Перелом» и «Ставка на проигрыш».
За те девять лет, что она провела вне больницы, мы успели приобрести почти все мыслимые и немыслимые приспособления. Квартира была буквально опутана проводами и блоками. Элизабет могла читать книги, задергивать шторы, включать и выключать свет, радио и телевизор, говорить по телефону и даже печатать письма на пишущей машинке. Все эти чудеса осуществлялись с помощью электроаппарата под названием «Опоссум». Последним нашим достижением был электроблок, поднимающий и поворачивающий ее левый локоть и предплечье, благодаря чему она могла есть некоторые блюда без посторонней помощи. А закрепленной в нем зубной щеткой она даже могла самостоятельно почистить зубы.
Я спал на диване в этой же комнате, над ухом у меня висел колокольчик на случай, если ночью ей понадобится моя помощь. Колокольчики были развешаны также в ванной, кухне и той комнатушке, где я писал. Все это вместе с просторной гостиной и составляло нашу квартиру.
Мы были женаты три года, и нам обоим было по двадцать четыре, когда Элизабет заболела полиомиелитом. Мы жили тогда в Сингапуре, где я работал в агентстве «Рейтер», и как раз собирались домой, на родину, чтобы провести там месячный отпуск.
В самолете Элизабет стало плохо. Свет резал глаза, голова раскалывалась от боли, словно в затылок ей вогнали железный стержень, саднило в груди. Выйдя из самолета в Хитроу, она прошла несколько шагов и упала на асфальт. Это был последний раз, когда она стояла на ногах.
Наша любовь друг к другу помогла пережить все, что последовало дальше. Бедность, отчаяние, слезы, крушение надежд. И через несколько лет настал период относительно благополучного существования с удобным жильем, приличной работой и упорядоченным, налаженным бытом. Мы были по-настоящему близкими друзьями.
Но не любовниками. Когда после двух-трех бесплодных попыток я сказал, что придется, пожалуй, с этим повременить, она улыбнулась, как мне показалось, с огромным облегчением, и больше этот вопрос никогда не обсуждался.
На другой день после поездки в Вирджиния Уотерс я вышел из дому, сел в фургон и направился на север, к Эссексу. На сей раз я избрал своей жертвой фермера, владельца золотоносной жилы — Тиддли Пома, предполагаемого фаворита скачек на Золотой кубок.
Буйно разросшиеся сорняки обрамляли полуразбитую дорожку, которая от пары гниющих воротных столбов вела к ферме Виктора Ронси. Сам дом, невзрачное сооружение кирпично-грязного цвета, стоял среди вороха опавшей неубранной листвы и безучастно взирал на мир симметричными, давно немытыми окнами. Бесцветная краска на рамах облупилась, дыма из трубы заметно не было.
Я постучал в заднюю полуоткрытую дверь и через небольшую прихожую прошел в дом, но никто не откликнулся. Громко тикали дешевые настенные часы. В нос ударил резкий запах резиновых веллингтоновских сапог и коровьего навоза. На краю кухонного стола кто-то оставил пакет с мясом, и тонкая водянистая струйка крови, просочившаяся через бумагу, образовала на полу розовую лужицу.
Выйдя из дома, я пересек захламленный двор и заглянул в пару сараев. В одном из них стоял трактор, покрытый слоем грязи шестилетней давности. В другом я обнаружил кучу запыленных инструментов и старых сломанных рам, а также спиленные ветви деревьев. Под большим навесом, кроме грязи и паутины, ничего не было. Пока я болтался по двору, не зная, куда отправиться дальше на поиски, из-за угла дальнего строения появился здоровенный молодой парень в полосатой вязаной шапочке с алым помпоном. На нем был просторный давно не стиранный свитер бледно-голубого цвета и грязные джинсы, заправленные в тяжелые резиновые сапоги. Светловолосый, с круглым, обветренным лицом, он выглядел добродушным и простоватым.
— Привет, — сказал он, — кого ищете?
— Я к мистеру Ронси.
— А он там, через дорогу, с лошадьми занимается. Зайдите попозже.
— А когда освободится?
— Может, через час, не знаю, — пожал он плечами.
— Тогда я подожду его, если не возражаете, — сказал я, махнув рукой в сторону своего фургона.
— Дело ваше.
Он двинулся к дому, но вдруг остановился, обернулся и пошел назад.
— Эй, а вы не тот парень, что звонил папаше?
— Какой парень?
— Джеймс Тайрон.
— Да, это я.
— Чего же вы сразу-то не сказали? Я думал, просто прохожий… Заходите в дом. Завтракать будете?
— Завтракать?
Он усмехнулся.
— Ага. Знаю, сейчас почти одиннадцать. А я встал, еще шести не было. Успел опять проголодаться.