Сочинения в четырех томах. Том 3
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- Переводчик: Михаил Иосифович Гилинский
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
В третий том вошли романы «Перелом» и «Ставка на проигрыш».
— А какие цвета?
— Пурпурные и бирюзовые вопросительные знаки по белому полю, бирюзовые рукава, красное кепи.
— Очень красиво, — улыбнулся я. — Теперь буду следить за ним на скачках.
Гарри сказал, что тренер планирует провести Эгоцентрика еще через один тур соревнований до начала скачек на Золотой кубок. Может быть, тогда я увижу лошадь. Может быть, согласился я, и тут Гейл внесла чай.
Гарри и Сара торопливо осушили по три чашки, одновременно взглянули на часы и сообщили, что им пора собираться на коктейль.
— Я, пожалуй, не пойду, — сказала Гейл. — Вы извинитесь перед ним, но мне надо поработать. Могу заехать за вами, если хотите. Позвоните, когда соберетесь домой.
— Прежде, чем мы попрощаемся, — сказал я, — мне хотелось бы взглянуть на все газетные вырезки, какие у вас есть. И фотографии.
— Ради Бога, ради Бога, — забормотал Гарри. — Гейл вам все покажет. Ладно, милочка? А сейчас надо бежать, старина Марроу, заметьте себе, не кто-нибудь, а президент гольф-клуба… Рад был познакомиться. Надеюсь, вы узнали все, что необходимо… Звоните, если возникнут вопросы.
— Спасибо, — сказал я, но он уже исчез. Они поднялись наверх, потом спустились в прихожую, входная дверь хлопнула, от дома отъехал автомобиль. Дом погрузился в тишину.
— Они не то чтобы пьяницы, — произнесла Гейл, — просто живут от одной выпивки до другой.
Очередь Гейл объяснять. Однако в ее тоне я не уловил ни малейшего желания оправдываться, не то что у Сары.
— Наслаждаются жизнью, — ответил я.
Гейл приподняла брови.
— Правда? Да, пожалуй. Мне и в голову не приходило.
Эгоистична, подумал я. Холодна. Бесчувственна. Все, что я ненавижу в женщинах. Все, что мне необходимо в женщине. Слишком соблазнительна…
— Посмотрите фотографии? — спросила она.
— Да, пожалуйста.
Она принесла альбом в дорогой коже, и мы перелистали его. Все газетные вырезки я знал. Ни одна из фотографий не оказалась достаточно изысканной для «Тэлли». Я сказал, что заеду еще раз с фотографом. Гейл убрала альбом и встала.
— Они позвонят от Марроу часа через два, не раньше. Может, посидите и выпьете чего-нибудь?
Я взглянул на часы. Поезда ходили через каждые полчаса. Ну, допустим, на следующий я не успею… Там была Элизабет. А здесь — Гейл. И времени всего час.
— Хорошо, — сказал я. — Остаюсь.
Она налила мне пива. И сама взяла стакан. Я снова сел на диван, а она грациозно опустилась на огромный бархатный пуф.
— Вы, конечно, женаты?
— Да.
— Все интересные мужчины обычно женаты.
— А вы почему не выходите замуж?
В улыбке блеснули белые влажные зубы.
— A-а… С этим можно подождать.
— И долго ждать?
— Ну, думаю, пока не встречу человека, расставания с которым не смогу перенести.
— А вы уже расстались с несколькими?
— Да, с несколькими. — Она кивнула, глотнула пива и вызывающе посмотрела на меня. — А вы? Вы изменяете жене?
Я заморгал и сказал осторожно:
— Почти нет.
— А иногда?
— Не часто.
Выдержав долгую паузу, она коротко произнесла:
— Хорошо.
— Прикажете рассматривать это как философское замечание или конкретное предложение?
Она рассмеялась.
— Просто хочу знать, на чем мы стоим.
— С ясными глазами и начеку?
— Ненавижу всяческую неразбериху, — кивнула она.
— Особенно, наверное, эмоциональную неразбериху?
— Вы правы.
Она никогда не любила, подумал я. В ее жизни был секс. Но любви не было. Как раз то, что мне нужно. Я поборол коварный внутренний голос и задал типично журналистский вопрос о работе.
— Работа как работа, — она пожала плечами. — Из ста студентов, может быть, один по-настоящему талантлив. По большей части их амбиции в пять раз значительнее идей.
— А сами вы занимаетесь моделированием?
— Почти нет. Придумываю иногда что-нибудь для себя или для Сары. Мне нравится преподавать. Доводить художественное невежество до уровня подлинного мастерства.
— И замечать потом отголоски своих идей по всей Оксфорд-стрит?
Она кивнула, глаза ее блестели и улыбались.
— Сейчас на пяти крупнейших фабриках готового платья работают мои ученики. Стиль одного из них настолько индивидуален, что, глядя на витрину, можно безошибочно отличить его работы от других.