Трудные дороги освобождения. Третья битва за Харьков

9 февраля Манштейн в треугольнике Барвенково – Краматорск – Красноармейское произвёл перегруппировку своих сил, которая оказалась роковой. Моторизованная дивизия СС «Викинг», удерживавшая позиции в районе Сергеевки западнее Краматорска, передавала их 333-й пехотной дивизии, а сама выдвигалась в район Красноармейского [5; 6 – 7], [11; 7]. Чем был вызван этот шаг Манштейна? Приходится полагать, что Красноармейское было вполне очевидной целью советских войск, действующих как в районе Краматорска, так и в районе Славянска. И командующий группы армий «Дон» посчитал необходимым усилить оборону этого важного узла коммуникаций. С другой стороны, Манштейн, удлиняя на 20 – 25 км фланг 333-й пехотной дивизии, боевые порядки которой и без того были весьма и весьма растянуты, полагался, видимо, несколько условно говоря, на тех самых «русских генералов Грязь и Мороз», которые должны были, по его мнению, действовать на сей раз против своих же, русских. Если более конкретно, то местность в системе рек Самара и Казённый (у Манштейна в мемуарах – Кривой [27; 458 – 459]) Торец была сильно пересечённой, изобиловала оврагами. Всё это осложнялось глубоким снежным покровом. Поэтому Манштейн пошёл на риск, думая, очевидно, что для русских танковых «армад» местность будет непроходима, русскую же пехоту 333-я пехотная дивизия сможет сдержать. Манштейн умел рисковать, но риск его частенько граничил с авантюризмом. А тут уж, как повезёт – когда выигрываешь (как в Крыму в мае 1942 года), а когда можешь и проиграть: не всё коту масленица. На сей раз – не повезло. Подробнее об этом чуть ниже. Сейчас же скажу, что Манштейн не был бы Манштейном, если бы не переложил в мемуарах этот свой промах на чужие плечи. Он утверждает, что в создавшейся ситуации было виновно командование 1-й танковой армии, которое, планируя контрудары против сил русских у Славянска, сочло местность в долине Казённого Торца недоступной для своих танков, а потому повело наступление на русских под Славянском совсем не там и не так, а «почти фронтально» [27; 459]. Таким образом, немецких танковых сил в указанном районе не оказалось, а русские… А вот тут не могу удержаться от того, чтобы не процитировать воспоминания бывшего командующего группы армий «Дон» (правда, убегая немного вперёд нашего изложения событий):