Другой Брежнев

Однако настоящий переворот в традиции поцелуев произошел 18 июня 1979 года. Во время встречи в Вене президент США Джимми Картер неожиданно решил выйти за рамки протокола. «Ко всеобщему удивлению, — вспоминал переводчик В. Суходрев, — Картер потянулся к Брежневу и стал левой рукой обнимать его за плечи. Брежнев в ответ тоже потянулся к американцу, и два президента на глазах у изумленной публики вдруг поцеловались». В. Медведев отмечал, что обнимались и целовались они «подчеркнуто долго». Окружающие стали улыбаться и аплодировать… Но поскольку Москва и Вашингтон еще были главными противниками в «холодной войне», происшедшее выглядело явным нарушением традиций. Потом Леонид Ильич даже обеспокоенно спросил у своего переводчика: «Скажи, Витя, а ничего, что я с Картером расцеловался? Но ведь это он первый…»

Переводчик в ответ заверил генсека, что все сделано правильно — у него самого это не вызывало никаких сомнений. Однако этот маленький жест заслуживает определенного внимания. Ведь одним простым движением будущий Нобелевский лауреат перевернул вверх дном весь смысл установившегося обычая. Если следовать его смыслу буквально, получалось, что глава Кремля и глава Белого дома являются друзьями и единомышленниками! Подобный взгляд на вещи и победил позже, спустя десятилетие. Но уже при Брежневе, как мы видим, к нему делались некоторые, пусть символические, шаги. По замечанию бывшего дипломата О. Гриневского, лидеры расцеловались «к великому неудовольствию своих близких окружений».

Любопытно, что даже самый маленький шаг истории всегда разделяет людей, как лакмусовая бумажка, и запоминают они его совершенно по-разному. В. Медведев вспоминал, как любовался уважительным жестом президента США. А другие сочли происшедшее абсурдом, нелепой выходкой… Например, Евгений Бовкун потом украшал увиденное такими сочными карнавальными подробностями: «В числе других журналистов я был свидетелем редкой сцены. Брежнев, подписав договор об ограничении стратегических вооружений, на радостях полез целоваться к Картеру и едва не повалил его на пол. Телохранители бросились поднимать обоих, а советские телеоператоры стыдливо отводили в сторону объективы своих кинокамер». На Западе этот поцелуй окрестили «медвежьей хваткой», причем говорили, что Брежнев чуть не задушил Картера в своих объятиях.