17 сентября [
1907 г.]. Понедельник
5 часов.
Когда я сегодня проснулась – первою мыслью было: «Все кончено…»
Стало жутко – покойно, холодно, пусто…
В окно заглядывало солнце – ясное небо…
Глаза тупо смотрели вперед, в одну точку…
Мысль остановилась, замерла…
Хаотично вертелось в голове – «нет, это ужасно!»…
Да, он прав, прав…
Это ужасно…
Итак – все кончено…
Я чувствую, что это какой-то страшный толчок, какое-то [страшное] начало – концу.
А ведь я люблю его с такой силой, с таким отчаяньем!
Сегодня он не был в театре.
Завтра тоже вряд ли будет.
Значит, до среды. В среду – генеральная345.
Что я скажу ему, как мы встретимся? Я подойду к нему совсем просто и спрошу, сердится ли он на меня. Ведь виновата я…
Не могла сдержаться, при всех чуть не упала в обморок – это ужасно…
Главное, не было повода.
Правда, вчера у него в тоне звучала одна какая-то равнодушная нотка, но ведь это вообще с ним бывает; потом, Бог знает, быть может, расстроен был, занят чем-нибудь.
Он вправе рассердиться на меня, разлюбить меня…
Такие выходки противны, они раздражают.
Что он думает обо мне…
Я шла вчера из театра и плакала горько-горько…
Не стеснялась прохожих. Было все равно.
Было одно мучительное страданье в душе…
Где исход?..
Господи, как я запуталась… Передо мной словно стена огромная выросла…
Ничего не пойму.
Небо, солнце, сцена, моя работа – все отодвинулось вдаль, он один стоит – [слово вымарано] любимый до сумасшествия, до отчаянья!
18 сентября [
1907 г.]. Вторник
5 часов.
Думаю сегодня вечером зайти в театр.
Томительно до крайности…
Хоть бы [он. – зачеркнуто] увидать его, поговорить с ним…
Так грустно!
Работать, работать…
Когда человек в деле – на душе покойнее.
___
1 час ночи.
В театре его не было…
Как-то мы завтра встретимся…
Мне страшно… Вдруг «кончено все»…
Это ужасно! Ни минуты больше не останусь здесь…
Сейчас рассмеялась в душе…
Уехать, а деньги?
Смешная!..
Как все просто решать головой.
20 сентября [
1907 г.]. Четверг
12 часов ночи.
Приходится писать вкратце – ничего не поделаешь, времени окончательно нет.
Ну так вот – в одной половине души, «актрисочьей», как я называю, – отвратительно. Вчера была генеральная 13-ти картин, и я со своим выходом – села в калошу… Так осрамилась, что хуже нельзя…
вернуться
343
Суфлер – вероятно, Лейн Яков Львович (1874 – после 1928) – актер, суфлер, режиссер, педагог. Много работал в провинции. В МХТ служил с 1903 по 1905 г. и с 1907 по 1910 г.: с должности суфлера перешел на должность помрежа.
вернуться
344
…«мы отдохнем»… – Цитата из финального монолога Сони в пьесе «Дядя Ваня» А. П. Чехова: «Мы отдохнем! Мы услышим ангелов, мы увидим все небо в алмазах, мы увидим, как все зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир, и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка. <…> Мы отдохнем… Мы отдохнем! Мы отдохнем!»
вернуться
345
Генеральная – имеется в виду показ подряд какого-то количества картин (до премьеры «Бориса Годунова» А. С. Пушкина 10 октября остается еще около трех недель). Подтверждение находим в записи от 20 сентября: «Вчера была генеральная 13-ти картин…»
