Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2
- Автор: Шарвадзе Бадри Амвросевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2». Краткое содержание книги:
Часть книги отведена рассуждениям Подмастерья о древнейшем искусстве на основе библейского сюжета о дочерях Лота.
Содержит нецензурную брань.
Лот пристрастился к вину, чего раньше за ним не наблюдалось. Он прикладывался к стакану по нескольку раз в день, но становился после этого еще более молчаливым и замкнутым. Первое время большую часть дня все трудились не покладая рук, ибо требовалось не только обеспечить настоящее, но и позаботиться о будущем, но вскоре начало выпадать время и для отдыха, и благодаря размеренной жизни и каждодневным трудам его становилось все больше.
Сестры проводили досуг в беседке, сооруженной для них отцом, и временами казалось, что так хорошо им никогда не было, хотя в их душах веселье чередовалось с грустью, а размышления о положении, в котором они оказались, с полной беззаботностью. Однако мало-помалу, когда стало ясно, что отшельническая жизнь вдали от людей имеет свои преимущества и что они смогли бы прожить в таких условиях сколь угодно долго, сестры все чаще начали задумываться о своем будущем, вспоминать о несостоявшихся свадьбах и о том, что думает об этом отец.
Сами они не решались заговорить с ним на эту тему, он же отмалчивался, и дочери чувствовали, что это происходит не потому, что ему нечего посоветовать, а скорее, потому, что его совет еще больше подчеркнул бы их неустро енность. Так или иначе, само время вынуждало сестер строить планы на будущее, и вскоре обе почувствовали, что их полному согласию придет конец, как только эти планы созреют настолько, чтобы быть высказанными вслух.
Тем не менее время со дня бегства из Содома не прошло, конечно, даром. Зелфа в душе готовилась проявить терпимость к планам сестры, а Махла настраивала себя на послушание, ибо ей очень не хотелось разочаровывать старшую сестру. Мысли же отца были настолько бессвязными и хаотичными, что их даже не стоило высказывать вслух. Лот своим молчанием и уходом в себя как будто готовился окончательно отойти от дел, дожидаясь, когда дочери обретут полную самостоятельность и свободу.
Перемены в их жизни произошли в слишком недалеком прошлом, чтобы можно было ожидать других в скором будущем, но тем не менее подспудно они уже назревали, и только силой обстоятельств могли быть задержаны на неопределенное время.
III
Махла, в отличие от старшей сестры, первая начала испытывать ностальгию по невозвратному прошлому, по мирной жизни в Содоме и по своим мечтам о будущей семье, которую она должна была создать с Ультором. Жив ли он? Во всяком случае, мертвым его никто не видел. Она была счастлива от того, что сестра понимает ее, а та часто сама признавала, что это понимание очень помогает ей самой, но со временем, отдаваясь воспоминаниям о матери, она поняла, что присутствие рядом матери доставляло ей удовольствие и обеспечивало спокойствие иного рода; рядом с матерью достаточно было просто находиться.
Было так привычно повиноваться ей, и она редко когда прилагала усилия, чтобы понять, что советует или наказывает мать. Понимане было излишним из-за чрезвычайной близости всего того, чего касалась мать. Махла росла и воспитывалась так, что каждое слово матери беспрепятственно доходило до ее души и западало в ней. Если ей и не была чужда радость преодоления сопротивления, вызванного сомнениями по тому или иному вопросу, обсуждаемому с сестрой, то все же Махла не настолько освоилась с ней, чтобы начисто забыть иную, беспримесную радость от близости к матери, которая становилась для нее тем весомей и тем притягательней, чем невозможнее было снова вызвать ее к жизни.
И в те времена, находясь рядом с матерью, она боялась думать плохо об отце, хотя, как ни противилась себе, иногда признавала в глубине души, что отец относится к матери не так тепло и не с такой любовью, как ей того бы хотелось. Но этот страх, постоянно напоминающий о себе, свидетельствовал о том, что в своей оценке поведения отца она оставалась неизменной; тем не менее постепенно в ее душу закрадывалось подозрение, доставляющее ей немало огорчений и связанное с тем, что ее неприятное постоянство если не вызвано, то, по крайней мере, частично обусловлено столь же неизменным отношением матери к отцу, на которое при жизни матери она не обращала особого внимания, но которое теперь занимало ее все больше и больше, и ее неспособность уяснить себе движущие им механизмы создавала такую разновидность непоннмшия, которая даже отдалено не была связана с радостью. От общения с матерью она испытывала радость, которая делала излишним Понимание.