Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2
- Автор: Шарвадзе Бадри Амвросевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Дочери Лота и бездарный подмастерье. Часть 2». Краткое содержание книги:
Часть книги отведена рассуждениям Подмастерья о древнейшем искусстве на основе библейского сюжета о дочерях Лота.
Содержит нецензурную брань.
Этот страх был каким-то образом связан с неопределенностью ее будущего, которое именно из-за этой неопределенности таило в себе нечто зловещее. Как ни сдерживало на первых порах это предположение дальнейшие догадки и открытия, настало время, когда она все более хладнокровно обдумывала мотивы поступка – самоубийства – матери, в случае надобности обращаясь к воспоминаниям об их жизни в Содоме.
Итак, исходная точка для развития раздумий была установлена: мать сочла свое дальнейшее существование с семьей невозможным. Отношением к кому из родных, – к мужу или к дочерям, или же ко всем вместе, – определялось ее решение? Махла полагала, что ключ к разгадке тайны ее поступка заключен в ответе на этот вопрос. И она обращалась мыслями к отцу, ибо в ночь, положившую конец их прежней жизни, чуть ли не единственным действующим лицом был именно он.
Мог ли отец поступить тогда иначе, так, чтобы у матери не было повода лишать себя жизни? С одной стороны, этот вопрос был простейшим из возможных. Если бы отец в порыве гнева и отчаяния сразился с согражданами, то искомая им смерть не замедлила бы настигнуть его, и тогда гости, а также жена и дочери, несомненно, стали бы жертвами насилия. Да, ему лучше было умереть до того, как он услышит пронзительные крики и стоны дочерей и жены, насилуемых содомлянами. Но отец не потерял рассудка из-за вопиющей несправедливости и, наверно, не имел права поддаваться эмоциям. Он был в ответе не только за себя, но и за своих женщин и за свою честь, которую ставил превыше всего остального.
Что бы произошло, если бы мать была рядом с отцом в ту роковую ночь? Наверное, это ускорило бы смерть их обоих. Но если бы они все-таки остались в живых? Надругательства над женой отец не вынес бы и, скорее всего, был бы убит при первой же попытке противостоять насильникам. А если картина была бы иной и матери пришлось бы наблюдать унижения мужа и одновременно самой подвергаться унижению ? Как смотрел бы ей в глаза муж, если бы они остались в живых? Махла начинала думать, что мать была первой из них, кто по чувствовал, что Лота сломит не само случившееся, а то, что могло случиться, – правда, не случилось, но тем не менее, ударило по нему не слабее, если не сильнее, чем произошедшее несчастье.
Мать не могла не понимать, что своим существованием увеличивает слабость мужа, и если бы осталась в живых, постоянно напоминала бы ему о его конечности. Но разве Махла не могла сказать того же самого о себе? Разве она и Зелфа не увеличивали слабость отца и не напоминали ему своим существованием, что, пока они не замужем, его отцовский долг велит ему опекать и защищать их? Да, разницы между ними в этом отношении почти не было, но частичное, зато значительное, несходство, состояло в том, что они с Зелфой только начинали жить, тогда как мать уже исполнила свой долг. Но разве этого достаточно, чтобы насильственно прервать свою жизнь?
VI
Что она знала о жизни родителей до той роковой ночи? С горькой усмешкой Махла могла лишь отметить, что ее знание было полным лишь потому, что жизнь отца и матери проходила на ее глазах. Только сейчас она посмела признаться себе, что раньше не задумывалась над их отношениями. Но еще до углубления в них, до уяснения себе тех или иных их обстоятельств она всей душой противилась мысли, что в этих отношениях могло быть скрыто нечто, по – влиявшее на решение матери. Она отдавала себе отчет в том, что на этом пути ей никогда не удастся убедить себя в правильности своего мнения, но при всех ощутимых недостатках оно было для нее более приемлемым, чем копание в своих воспоминаниях и переворачивание их вверх дном.
С чем же она оставалась? Тогда, когда мать должна была вместе с отцом защищать своих дочерей, она могла думать только о том, что сама требует защиты. А долг защищать ее полностью ложился на Лота, и если в нем можно было, пусть и с некоторой натяжкой, выделить моменты необходимости и желательности, то в ее власти было свести их лишь к необходимости.
Но если даже допустить, что поступок матери был обоснован и внутренне оправдан, достигла ли она своей цели, достижение которой должно было отразиться на всех оставшихся в живых, то есть в том числе и на нее, Махлу? Но вот последствий выполнения матерью своего желания, отражения осуществленной цели на себе Махла не чувствовала, и это было тем досаднее, что она хорошо видела изменения в своем характере, их внешняя связь с последними событиями, в том числе со смертью матери, была более чем очевидной, а вот внутренняя связь оставалась для нее неведомой. Отсюда было уже совсем близко до признания всего, интересующего ее в связи с гибелью матери, тайной, тайной, которую она унесла с собой и разгадать которую Махле было не суждено.