Сочинения в четырех томах. Том 3
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- Переводчик: Михаил Иосифович Гилинский
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
В третий том вошли романы «Перелом» и «Ставка на проигрыш».
Я взглянул на настольный календарь. До семнадцатого десять дней.
— О'кей.
Люк-Джон бросил мне письмо через стол, но Дерри перехватил его и пробежал глазами.
— Глубокое исследование, — иронически скривил он губы. — Что ж, тебе не привыкать к глубинам. Там ты чувствуешь себя, как дома.
— Да, — рассеянно согласился я. Но стоит ли это погружение ста пятидесяти гиней?
Мне неожиданно пришло в голову, что было бы интересно извлечь из глубин людей, обычно остающихся в тени. День за днем, неделя за неделей имена звезд не сходят со страниц прессы. Подпольные заправилы не фигурируют в разделе новостей. Надо же хоть раз вытащить их на свет божий.
Пару раз подобные оригинальные идеи приносили мне неприятности. Но коли решено — решено. Тогда я понятия не имел, чем все это кончится.
К часу дня Люк-Джон, Дерри и я утрясли все свои делишки и под мелким, моросящим дождем отправились в бар «Девере», что в Девере Корт, напротив Дома правосудия.
Там уже сидел Берт Чехов и, обжигая пальцы о спички, тщетно пытался разжечь свою старую вонючую трубку. Его тушу обтягивал бесформенный твидовый пиджак, как всегда, щедро обсыпанный пеплом. На ногах красовались стоптанные запыленные ботинки. Водянистые голубые глаза Берта блестели больше, чем полагалось бы в этот час и в таком месте, видно, ленч у него начался, по самым скромным моим подсчетам, минут на сорок раньше.
Люк-Джон поздоровался с ним, но он ответил лишь мутным, ничего не выражающим взглядом. Дерри принес каждому по полпинте и вежливо пригласил Берта присоединиться, хотя никогда не питал к нему особого расположения.
— Двойной скотч, — буркнул Берт.
Дерри, по-видимому, вспомнил о своих закладных и помрачнел.
— Как дела? — осведомился я и тут же спохватился: Берт был поистине неистощим по части жалоб и воркотни.
Однако на этот раз поток был перекрыт. Он с усилием сфокусировал на мне водянистый взор, и еще одна спичка обожгла ему руку. Он, казалось, и не заметил.
— С-с-совет тебе дам, — пробормотал он и тут же замолчал. Совет остался при нем.
— Ну так выкладывай свой совет, — предложил Люк-Джон. — Он ему всегда пригодится.
Чехов перевел взор с меня на моего босса и рыгнул на всю катушку. Бледное лицо Дерри брезгливо искривилось, и Берт это заметил. И так каждую пятницу, и в следующую тоже, подумал я, но ошибся. Берту Чехову осталось жить меньше часа.
Люк-Джон, Дерри и я сидели на табуретах у стойки и поглощали холодное мясо с маринованным луком, а Берт, покачиваясь, стоял сзади, испуская трубочный дым и пары виски нам в затылки. Время от времени он издавал нечленораздельное мычание, сопровождавшее, по-видимому, ход его мыслей.
Что-то с ним неладно. Но меня это мало заботило. Своих проблем по горло.
Люк-Джон взглянул на Берта с состраданием и предложил еще виски. Алкоголь затопил мутно-голубые глазки, сократив зрачки до величины булавочной головки, что придавало взгляду уже абсолютно бессмысленное выражение.
— Пойду, пожалуй, провожу-ка его до конторы, — неожиданно для самого себя предложил я. — Не то еще под автобус угодит.
— И поделом ему, — тихо, чтобы не услыхал Люк-Джон, прошептал Дерри.
Ленч завершился сыром и второй кружкой пива. Чехова мотало из стороны в сторону, и он опрокинул содержимое моей кружки на брюки Дерри и на ковер. Ковер перенес это стоически, чего нельзя было сказать о Дерри. Одним глотком я допил пиво и принялся подталкивать Берта Чехова через толпу к выходу.
— Бар еще не закрыт, — неожиданно отчетливо проговорил он.
— Для тебя закрыт, старина.
Он привалился к стенке, размахивая трубкой, зажатой в пухлом кулаке.
— Никогда не уходи из пивной до закрытия. Никогда не бросай рассказ незаконченным. Никогда не держи женщину на пороге дома. Абзацы и юбки должны быть короткими, а фазаны и грудки — пухленькими.
— Точно, — вздохнул я. Вот тебе и совет!
Я взял его под руку, и без особых помех мы выбрались на тротуар Флит-стрит. Нетвердое наше передвижение в сторону Сити вызвало немало косых взглядов, но к столкновениям не привело. Слитые воедино, мы перешли улицу и двинулись на запад вдоль знаменитых фронтонов редакции «Телеграф» и черных стеклянных витрин «Экспресс». Флит-стрит многое повидала на своем веку, и пожилой репортер, накачавшийся, словно бурдюк, вином во время ленча, был никому не интересен.
— Совет, — сказал он вдруг, резко остановившись. — Небольшой совет.
— Ну? — терпеливо спросил я.