Непобедимый. Право на семью
- Автор: Тодорова Елена
- Серия: Неоспоримая #5
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Непобедимый. Право на семью». Краткое содержание книги:
Я всегда была просто дочерью друзей его родителей.
Все меняется в день моего совершеннолетия. Непобедимый предлагает мне стать его женой и… срочно родить наследника. И на это у него есть серьезная причина.
❤️История Миши Тихомирова и Полины Аравиной из цикла Неоспоримая.
❤️Все книги цикла читаются отдельно!
Подпрыгивает и бежит к двери, отправляясь на поиски. Я перевожу дыхание и иду следом.
Мишу находим в гостиной. Он один. Должно быть, дядя Тимур ушел. Но сам Непобедимый с кем-то разговаривает по телефону. Завидев нас, быстро его завершает. Подхватывает Егора и улыбается так открыто, как никогда никому другому.
— Будем играть? — старательно выговаривает сын.
— Конечно. Уже идем, — незамедлительно отзывается Миша.
Я рискую вклиниться:
— Я иду в кухню. Готовить ужин, — улыбаюсь, когда Тихомиров замирает на мне взглядом. — Что приготовить? Что бы ты хотел?
— Без разницы. Готовь, что сама хочешь.
— Ну как же… — в замешательстве умолкаю, потому что он уже несет Егора в комнату.
Грудь затапливает обида. Горло подпирает ком. И сердце будто на кусочки рвется.
После того, что я услышала, на мгновение показалось, что Миша остается в Москве не только из-за сына. Что ж, своим отношением он откровенно показывает, насколько я ошиблась, допуская такую мысль.
Однако, я все равно пытаюсь выказать заботу. Готовлю то, что Тихомиров любит — лосось с овощами в духовке. Он, конечно же, понимает, что и зачем делаю. Я ни разу не ППшница. Только ради него изучаю все эти рецепты и стараюсь.
— Вкусно? — спрашиваю, чтобы как-то инициировать беседу, потому что Миша ест молча.
— Очень, — отвечает, задерживая на мне взгляд. — Вкуснее, чем у мамы.
Я довольно улыбаюсь. Кажется, искры от меня летят, такие фейерверки внутри от этой простой похвалы выстреливают. Никак не могу сдержаться. В какой-то момент и вовсе подаюсь порыву. Подскакиваю и подхожу к Мише. Он моргает, но позволяет мне придвинуться. Машинально кладет ладони мне на талию. А я наклоняюсь и, прижимаясь щекой к его щеке, обнимаю.
— Не представляешь, как я тронута, — шепчу, и на глазах слезы наворачиваются. Не хочу плакать. Но голос уже заметно дрожит. — Спасибо большое!
Хватка Миши усиливается.
Уверена, что он не понимает, что заставило меня настолько растрогаться. Но мне хватает того, что не отпускает. Неожиданно тянет вниз, вынуждая сесть ему на колени. Смеюсь беззаботно, когда оказываемся лицом к лицу. Хотя, конечно, никакой легкости в помине нет. Я просто не понимаю, как иначе реагировать.
— Мама смешная, — комментирует Егор, забавно закатывая глазки.
Это заставляет меня снова рассмеяться. Сын в итоге присоединяется. Только Непобедимый остается серьезным.
— Ты не передумала? — спрашивает и впивается взглядом.
Я на миг задыхаюсь. А, когда удается возобновить жизненно-важную функцию, отражаю:
— А ты?
— Насчет чего?
Отворачиваюсь лишь на мгновение. Быстро возвращаюсь и, конечно же, не отступаю.
— Любишь меня, Миша?
У него вид, словно я на него обрушила потолок. Не дышит, не моргает, а в глазах такое пламя разгорается.
— Это единственное условие, Непобедимый, — тихо добавляю я. — Только, когда ты признаешь, что я для тебя весь мир… Только тогда я стану полностью твоей и пойду за тобой, как когда-то обещала, на край света.
43
Непобедимый
Как я не оттягиваю, улетать все равно приходится. В тот же день, как сообщаю об этом Полине, она собирает вещи и уезжает к родителям. Меня такое отношение добивает. Что за женщина?! Даже если я и готов поступиться, сказать ей эти чертовы слова… Когда мне, блядь, это сделать, если она регулярно что-то назло вытворяет? Днем вижу, как ее саму шатает из крайности в крайность. Ночью же… Хотел бы сказать, да только меня и без этих слов во время близости с такой силой разматывает, что элементарно блоки срабатывают, чтобы не сгореть дотла.
Не хватит никаких терминов, чтобы описать, с какими чувствами наблюдаю за ее сборами.
— Ты можешь оставаться здесь, — все, что получается выдавить.
В груди все превращается… Не в камень, нет. Какое-то засохшее, невероятно твердое и мелко-мелко и мелко-мелко крошащееся болото. И это гораздо хуже. Камень способен треснуть. А эта неблагородная порода оказывается практически непробиваемой.
— Не хочу, Миш, — вздыхает как-то убито. Глаза прячет, а у меня под этой усохшей броней что-то адски сжимается. — Что нам тут вдвоем делать? У мамы с папой будет лучше.
Не нахожу слов, чтобы возразить. Точнее, слова приходят. Позже. Но выход замурован.
Понимаю, что второй раз ее теряю. А сделать ни хрена не могу.
Молча спускаю чемоданы вниз. Сам Егора в кресло сажаю и пристегиваю. Он не понимает, что в этот раз едет не просто в гости, а переезжает с матерью на неопределенный срок.
Закрыв дверь, дважды хлопаю по крыше. Таксист плавно стартует. Машина крайне медленно, но неизбежно отдаляется. Провожаю взглядом, пока не скрывается за воротами жилищного комплекса. Сердце порывается стучать быстрее. Только облепивший и застывший вокруг него панцирь не позволяет взять размах. Глухо, сковано и мерно по итогу долбит.