Падшее Просвещение. Тень эпохи [litres]

Обычно они проводились в ратушах с продажей билетов или показывались в частных домах для членов разных клубов, – конкретно такая демонстрация представлена на картине Райта. Одним из самых именитых и почитаемых путешествующих лекторов был Джеймс Фергюсон, шотландский астролог и возможный знакомый Джозефа Райта. Понятно, что они оба были друзьями Джона Уайтхерста. Фергюсон отмечал, что нередко вместо животного в опыте употреблялся надутый мочевой пузырь, потому что по-другому зрелище было очень тяжелым для восприятия.

По сути дела – это была самая настоящая казнь над невинным созданием ради науки и восхваления Чистого Разума, то есть настолько чистого, что в этом разуме не оставалось и капли человечности. Райт, использовавший в своем творчестве образы из британской поэзии, возможно, знал следующий стих из «Странника» (1729) Ричарда Сэвиджа (приведен нелитературный перевод): «Итак вот, – есть Движок, что Воздух отторгает, Он без дыханья божие Творенье запирает, Оно слабнет, поникает и трепещет, и молит о Дыханьи. Перед очами плывет сумрачный Образ, – тенистая Темнота Погибели, Но если хороший Воздух снова напоит вволю, Так тотчас новые Сердцебиенья, Пульсы будут в каждой Вене, И с прояснившегося, зажженного жизнью Взгляда, Слетит сырой туман и разлетится Темнота».

Фигуры, изображенные рядом с птицей, ассоциируются с позднесредневековыми изображениями Троицы.

Какаду в то время был редчайшей птицей, чьей жизнью никогда не рисковали даже ради подобных опытов. Он стал известен после иллюстраций, изготовленных во время путешествий капитана Кука в 1770-х годах. До путешествий Кука какаду вывозились как редчайшие экзотичные птицы, и были они необычайно дороги. Райт нарисовал первого какаду в 1762 году в доме Уильяма Чейса, показав его как в отдельной картине «Попугай», так и в портрете Чейса и его супруги. Выбрав настолько редчайший объект для изображения опыта, Райт достигал мощного иронического эффекта, подвергая сомнению ценности эры Просвещения. Белоснежное оперение какаду буквально выстреливает в темной комнате, птица словно светится, а сходство с изображениями Троицы и фигурами этой картины только усиливает ассоциации белоснежного какаду с белоснежным голубем, символизирующим Святой Дух.

Райт выставил картину в 1768 году в Обществе живописцев и в том же году вновь представил ее Кристиану VII, королю Дании. Обозреватели отметили, что картина «умна и энергична», а Гюстав Флобер, видевший это полотно во время своего путешествия в 1865–1866 годах, обрисовывает ее как «очаровательно ординарную и глубокую одновременно».