Эпоха 1812 года и казачество. Страницы русской военной истории. Источники. Исследования. Историография [litres]

Можно лишь подчеркнуть, что несмотря на информационный голод, дозированность и противоречивость сообщений (содержали постоянные победные реляции об отдельных боях, а в то же время читателю можно было делать догадки об оставленной территории), помещенных в «Прибавлених» известий из армии для русского общества являлись тогда основным источником сведений о военных действиях. О степени информированности в тот период современников дает представление их переписка. Приведем несколько выдержек из писем за июль ― август 1812 года: «Вот уже 11 часов утра, а из армий нет никаких известий. В таком случае лучше не делать никаких догадок. Божусь Вам, что сам себе дал слово никак не толковать и даже не думать о сей медлительности» (И. П. Оденталь ― А. Я. Булгакову 19 июля из Петербурга)[331]; «Мы все тревожимся. Лишь чуть оживит нас приятное известие, как снова услышим что-либо устрашающие» (М. А. Волкова ― В. И. Ланской 29 июля из Москвы)[332]; «Живем в неизвестности. Ждем главного сражения, которое должно решить участь Москвы» (Н. М. Карамзин ― брату 29 июля из Москвы)[333]; «Что прикажете сказать Вам, любезный Александр Яковлевич? Мы сдесь ничего не знаем, ничего не понимаем. Тому и книги в руки, кто читать горазд» (И. П. Оденталь ― А. Я. Булгакову 2 августа из Петербурга)[334].

Весьма любопытно проанализировать за этот период приказы по 1-й Западной армии. Помимо бытовых и строевых мелочей в жизни этой армии, в текстах опять же мы можем найти и обращения главнокомандующего к своим подчиненным о грядущих (но не состоявшихся) сражениях. Так в приказе от 11 июля под Витебском, после получения радостного известия о заключении мира с турками, Барклай сделал это весьма недвусмысленно: «Войскам быть готовым к походу. Людей от полков отлученных собрать всех. Оружие пересмотреть и исправить. ― Сближается время сражений. Вскоре встретимся мы с неприятелем. Войску кипящему нетерпением сразиться, близок путь к славе. Быть готовым к бою»[335]. В следующий раз эта тема в приказах была поднята лишь накануне соединения двух армий под Смоленском. В приказе, подписанном Барклаем 20 июля 1812 г. от его имени, говорилось: «Солдаты! Я с признательностью вижу единодушное желание ваше ударить на врага нашего. Я сам с нетерпением стремлюсь к тому». Далее, описав бои под Витебском, он дал следующее объяснение причин отступления к Смоленску: «Мы готовы были после того дать решительный бой; но хитрый враг наш, избегая оного и обвыкши на части слабейшие, обратил главные силы к Смоленску, и нам надлежало защиту его а с ним и самого пути в столицу предпочесть всему. Теперь мы летим туда, и соединясь со 2-ю армиею и отрядом Платова, покажем врагу нашему сколь опасно вторгаться в землю вами охраняемую. Последуйте примеру подвизавшихся под Витебском и вы будете увенчены безсмертною славою; наблюдайте только порядок и послушание: победа ваша»[336].