Философский постгуманизм [litres]

Чтобы лучше понять категории этого обсуждения, начнем с вопроса: что означает «аутопоэзис»? Это понятие, составленное из греческих слов «auto-» («сам)» и «poesis» («создание, производство»)[310], было разработано в 1970-х годах биологами Умберто Матураной (1928–2021) и Франсиско Варелой (1946–2001), которые стремились дать определение живым системам, подчеркнув их способность к воспроизводству и поддержанию самих себя. Понятие аутопоэзиса можно рассмотреть с разных сторон, включая биологию, технологию и когнитивные науки. Когда появилось понятие аутопоэзиса? Оно впервые встречается в ставшей широко известной статье Матураны и Варелы «Аутопоэзис и познание: реализация жизни» [Maturana, Varela, 1980 (1972)][311], в которой Матурана утверждает: «Я впервые осознал потенциал слова “поэзис” и изобрел подходящее слово: аутопоэзис. Это было слово без истории, слово, которое могло прямо означать то, что происходит в динамике автономии, свойственной живым системам» [Ibid., p. XVII]. Ко времени публикации книги «Древо познания. Биологические корни человеческого понимания» [Матурана, Варела, 2019] аутопоэзис в их трактовке[312] приобрел более выраженный когнитивный характер, то есть стал указывать на процесс приобретения знаний.

Является ли понятие аутопоэзиса исчерпывающим с постчеловеческой точки зрения? Для философского постгуманизма оно особенно важно с археологической точки зрения. В действительности, оно пользовалось большой популярностью в 1990-х и начале 2000-х годов и обсуждалось в работах, которые сегодня могут считаться вехами постчеловеческой теории, в частности в «Как мы стали постлюдьми?» [Hayles, 1999], в которой Кэтрин Хейлз анализировала его в рамках истории кибернетики. Также оно рассматривалось в работе «Что такое постгуманизм?» [Volfe, 2010], в которой Кэри Вулф развивает в постчеловеческом направлении социальную теорию Никласа Лумана[313] [Luhman, 2002], построенную на предложенном Матураной и Варелой понятии аутопоэзиса. В более поздний период подход, основанный на концепции аутопоэзиса, был подвергнут радикальной критике, которую Донна Харауэй суммирует так: «Ничто не создает само себя; ничто не является подлинно аутопоэтическим или самоорганизующимся» [Харауэй, 2020, p. 85]. Следуя за работами биолога Линн Маргулис (1938–2011), которая особое внимание уделяла роли симбиоза в эволюции (см.: [Margulis, 1991; 1998]), Харауэй предлагает заменить «аутопоэзису» термином «симпоэзис». Что означает симпоэзис? Этот термин, образованный двумя греческими корнями – «sún» («вместе») и «poesis» («создание, производство»), по Харауэй, означает «создание-с» [Харауэй, 2020, c. 85]. Далее она поясняет: это «слово, подходящее для сложных, динамичных, реагирующих, ситуированных, историчных систем… Симпоэзис охватывает аутопоэзис и генеративно развертывает и расширяет его» [Там же]. Критика, которая подвела Харауэй к термину «симпоэзис», частично сходится с доводами, объясняющими, почему мы в этом исследовании не будем опираться на аутопоэзис как окончательный способ определения жизни. В действительности, это понятие, которое на первый план выдвигает автономию организмов[314], упускает из виду необходимость отношений и обменов, которые устанавливаются и происходят между организмом и средой[315], например, в процессах сохранения жизни организма, таких как поиск пищи[316] и избавление от отходов метаболизма. Но мы все же рассмотрим концепцию аутопоэзиса, сосредоточившись на ее когнитивной ценности.