Мокрый не боится дождя

— А где мы Ганну положим?

В квартире — четыре комнаты.

Самая просторная — гостиная, но она выходит в Каштановый переулок, а потому не отвечает запросам человека, жаждущего тишины.

Супружеская спальня — зона, закрытой для посторонних глаз.

Детская, не отличаясь размерами, самая тихая, с единственным окном — во двор.

И самая малогабаритная — кабинет. Она напоминает келью: узкая, сумеречная, за оконным переплётом — лишь силуэты деревьев. Убежище интеллектуала. Здесь имеется и диванчик, на котором могут при желании уместиться двое. А Ганночка с её фигуркой тренера по фитнесу и подавно.

Но супруги, взвесив все «за» и «против», приходят к консенсусу — поселить родственницу в гостиной, наиболее изолированной от остальных помещений:

— Здесь вам будет спокойнее.

Хотя размеренный их быт не был нарушен, Владимир Николаевич ощущал беспокойство. Как будто волосина попала на кожу: пустяк, а неловко. И связано это было вовсе не с Ганной. Профессора беспокоила другая чаровница — Мирослава, вернее, её произношение. Тонким слухом лингвиста он расслышал: внучатая племянница говорила по-польски с отчётливым украинским акцентом. И всё бы ничего, но только точно так говорила польская семейка в «Парадизе».

Появление винницкой родственницы не внесло коррективы в распорядок дня: вечером Владимир Николаевич по своему обыкновению отправился в Лесин сквер — излюбленное место прогулок жителей Каштанового переулка.

От дома цвета бедра испуганной нимфы туда можно попасть двумя путями: посредством калитки, затерявшейся в зарослях плюща и кустов жасмина, и более протяжённым— через двор с извилистым арочным перешейком и воронами Кларой и Карлом.

Садовой выбрал покороче.

Главная достопримечательность сквера — памятник Лесе Украинке. У него всегда живые цветы. Особым вниманием посетителей пользуется и бювет над скважиной артезианского источника, ныне не функционирующий, но сохраняющий помпезный вид сталинского ампира.

Движение на свежем воздухе сказывается благоприятно: застопорившийся было детективный сценарий получил новый импульс.

И хотя сюжет строится пока исключительно в воображении, новоявленный сценарист уверен: стоит сесть за компьютер — и страницы посыплются…

Не мудрствуя лукаво, он решает, что художественный вымысел должен варьироваться с документальной достоверностью, а потому берёт за основу реальные события.

«Происшествие в отеле „Парадиз“».

Неуверенно ступая по заледеневшей дорожке, он подбадривает себя видами «Парадиза» — цветущие аллеи, гладкий, без единой выбоины, асфальт и нежное дуновение бриза.

А что он сам поделывал накануне первого ЧП?

Это был заранее разрекламированный аниматорами Хэллоуин. После представления фаерщиков, он пошёл к себе, разочарованный отсутствием Риты и тем, что настоящих танцев— в его понимании — нынче не будет.