Первое дело Еремея
- Автор: Щепетнёв Василий Павлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Первое дело Еремея». Краткое содержание книги:
И если бы только они...
Эффекты Нави. Вдруг это, действительно, сигнал бельфлаев? Но что он может означать, этот сигнал? Приглашение? Предупреждение? Просто привет?
Вдруг бабочки всего лишь аналог искр из глаз, обыкновенный физиологический признак утомления? Или он ментально ушибся головою о ментальный же столб?
Еремей с усилием повернул голову в сторону. Чего не видишь, о том не страдаёшь. В слюдяном окошке он увидел своё отражение, четкое, как в зеркале. Конечно, эффекты Нави.
Отражение пугало — выглядел он изможденным, с огромными, лихорадочно горящими глазами, жадно смотрящими вокруг. Хорош, братец, нечего сказать. Ночью увидишь — за осиновым колом побежишь.
Но больше собственного отражения его напугало то, что виделось за спиной. Воронка вывернулась из пола и тянулась к нему, как колокольчик гигантского цветка.
Он обернулся и понял, что отражение не лгало — воронка бросилась на него, поглотила и он почувствовал, что всё вокруг — комната, ложе, огнь-цветок — завертелись вокруг, постепенно сливаясь в серую пелену…
Силою воли он удержался от потери сознания — или от пробуждения? Крутит, и пусть крутит, ничего страшного. Огни небесов веками кружат над землею, и не один пока не угас, не свалился вниз.
Вращение стало замедляться — или он притерпелся. Нет, определенно, замедляется. Опять стали различаться предметы. Стол, светец, окошко, луна за ним. Все замечательно.
Только это не его комната.
— Вы уж простите за бесцеремонность, дорогой наш отец Еремей. Известно, незваный гость что в горле кость, а уж незваный хозяин — бедствие размеров просто невероятных. Но приходится идти на риск окончательно подмочить репутацию, лишь бы иметь удовольствие лицезреть вас. Вы ж, хе-хе, в гости не зовёте, — слова сыпались из старичка, как бобы из дырявого мешочка. Старичок-то старичок, а встречаться с ним на темной дороге не стоит. Слова гладенькие, а глаза гаденькие. Холодные и голодные. Смотрят из-под редких бровей, измеряют, взвешивают, исчисляют.
— Где я?
— У друзей! Во всяком случае, надеюсь, мы подружимся, — старичок колобком катался по комнате. Невысокий, круглолицый, а туловище под хламидою явно упитанное. Спокойнее, не торопись. Это ведь ментальная проекция. Значит, ментально и упитанный.
Еремей осторожно шагнул вперёд. В голове немного кружилось, и он ухватился за спинку кресла — высокую, резную, красного дерева.
— Да что же это я, старый дурень. Вы присаживайтесь, присаживайтесь, чай, утомила дорога.
Еремей не заставил себя упрашивать, сел. Торопиться не нужно. Проснуться всегда успеется. Старичок, похоже, себе на уме. Что-то ему нужно, старичку.
Сидение удобное. Только пол нет-нет, а и вздрогнет. И снаружи гул, странная гроза грохочет неподалеку.
— Удивляетесь. А виду не показываете. Замечательно, замечательно. Правильно, я в гости затащил, мне и потчевать. Мы с вами, дорогой наш отец Еремей, находимся на Камляске — вернее, в субнави Камляски. Две тысячи километров единым махом. Неплохо, а? Это вам не полёты во сне и наяву.
— Две тысячи километров?
— Ах, простите, старого дуралея новым мерам не выучишь. Две тысячи вёрст, и все горами да тайгой. В высокой Нави, конечно, вообще нет расстояний, мигнул, и ты хоть на Луне, хоть за Луной, но что оттуда, из высокой Нави, видно? Меня, букашечку? Нет, лицом к лицу лица не разглядеть, но сверху тоже видно очень мало. Отдельный человек теряется, всё обретает масштабы вселенские. А мы давай — ты уж прости старика за тыканье — займёмся народной дипломатией, сядем рядком да и поговорим за чайком. Ты как насчёт чаю, душа моя?
— Благодарю.
Вот и замечательно. Надюша, организуй нам чайку!
Надюша выскользнула из соседней комнаты — полувоздушное существо по возрасту — внучка старичка-колобка. Или правнучка.
Чай, горячий и ароматный, был уже налит в фарфоровые чашечки, а чашечки поставлены на поднос, расписанный чудными цветами. Надюша поставила поднос на стол и, уходя, стрельнула в Еремея глазками. Не глазками — глазищами, бездонными, как само небо.
— Пустое, — успокоил его старичок. — Надюша не человек, не суккуб даже а так… функция.
Однако, поёжился Еремей. Угораздит же.
— О тебе, друг мой, мне рассказал твой товарищ. Помнишь товарища-то?
— У меня много товарищей, — ответил Еремей.
— Как я тебе завидую, — вздохнул старичок, но печалился недолго. — Я о мастере С’Видлере, с которым вы наш Мир отстояли там, в Верхней Нави.
— А… — протянул Еремей.
— Горло болит? — участливо поинтересовался старичок.
— Нет, я так…
— Товарищами не растакивайся, советую наперед. С’Видлер уж хвалил тебя, хвалил. Открытая, мол, душа, и голова на плечах своя, а не чужая. Вот я и подумал: что, если тебя в гости пригласить, покалякать. Тем более, что мы с тобою два сапога на одну ногу.