Одиночество дипломата [сборник]

Обе стороны пожертвовали мнением потенциальных союзников. Гитлеру пришлось умасливать обиженного Муссолини, а японское правительство даже заявило Берлину протест. В свою очередь Сталин без сожаления «свернул шарманку» (слова вождя) с англо-французскими переговорщиками. В московском пакте отсутствовал пункт, отменяющий его действие в случае, если одна из сторон совершит агрессию (ранее в советских договорах такого рода пункт присутствовал непременно). СССР гарантировал Германии нейтралитет как в случае оборонительных, так и агрессивных действий. Таким образом, пакт отменял все договора, ранее заключенные Кремлем с противниками Германии. Адольф Гитлер с большим интересом рассматривал привезенные Риббентропом фотографии, пытаясь по форме мочек ушей Сталина определить наличие у того семитской крови.

Еще семь дней постверсальская Европа жила в мире. Политики обсуждали неожиданный ход нацистов и коммунистов, журналисты делали глубокомысленные прогнозы. Советские газеты писали о победах Жукова над японскими милитаристами и о кровожадных польских панах, готовящихся к походу на Берлин. В три часа утра 1 сентября президент США был разбужен телефонным звонком из Парижа. Буллит сообщил, что Гитлер атаковал Польшу. В этот день газета «Правда» писала, что договор Советского Союза с Германией «соответствует интересам всех народов, интересам всеобщего мира».

Рузвельт направил 1 сентября послание немецкому руководству с призывом вести войну упорядоченным способом, щадя мирное население. В Вашингтоне пока не верили, что польско-германский конфликт перерастет в мировую войну. На следующий день, 2 сентября, Уильям Буллит в донесении государственному секретарю Халлу сказал, что в случае падения Польши фашистская Германия сможет затем атаковать Францию и Англию «с самыми большими шансами на успех». 3 сентября, выполняя союзнические обязательства, Лондон и Париж объявили войну Гитлеру, но в конфликт в очередной раз не вмешались.