Одиночество дипломата [сборник]

В Париже появились бельгийские беженцы с корзинами, узлами, перепуганные, заплаканные. Полиция запрещала распространять паникерские слухи. Каждую ночь в столице ревели сирены. «Город-светоч», как любили называть его газеты, замер; погасли даже синие лампочки затемнения. Под бомбежками Буллит пишет другу-президенту, что ему нравится отсыпаться в посольском «великолепном винном погребе».

13 мая премьер-министр Рейно обратился через Буллита к президенту Рузвельту с просьбой предоставить определенному числу молодых французов возможность пройти летную подготовку в США. Посылая этот запрос, Буллит высказался о подготовке пилотов весьма дальновидно: «Если Франция будет разбита, они смогут быть зачислены в нашу армию». Белый дом ответил на следующий день: «Такое соглашение в настоящее время скомпрометировало бы наш статус нейтральной страны».

15 мая, когда немцы прорвали французский фронт, Рейно отправил телеграмму Рузвельту, умоляя президента послать хотя бы 70 самолетов, погрузив их на стоящий в нью-йоркском порту французский корабль. Он также просил танки, «пусть даже самых устарелых типов». Подумав три дня, Рузвельт поручил государственному секретарю дать отрицательный ответ. Халл известил Рейно, что отправить самолеты не представляется возможным, так как «по международному праву и американскому статусу военный корабль не может увеличивать свою боевую мощь в нейтральных портах». В телеграмме Буллиту Корделл Халл был еще более откровенным, назвав просьбу Рейно «глупой».

Вечером 15 мая Буллит предупредил Рузвельта: «Если Бог не подарит такого же чуда, как битва на Марне (посол имел в виду события сентября 1914 года — Л. С.), французская армия будет раздавлена». По горячим следам, 17 мая президент Рузвельт затребовал от Конгресса 1 миллиард 180 миллионов долларов на программу военной модернизации. В первой половине 1940 года сухопутная армия США насчитывала всего 5 дивизий. Румынская армия обладала большей численностью и была вооружена лучше американской. В нацистской Германии культивировалось презрение к изнеженным, привыкшим к комфорту янки, «наполовину иудаизированными, смешавшимися с неграми» и, конечно, не способными воевать. Гитлер называл Америку «страной миллионеров, королев красоты, глупых пластинок и Голливуда». Геринг любил шутить, что «у американцев хорошо получаются лишь холодильники и электробритвы».