Одиночество дипломата [сборник]

Реакция Белого дома на сталинскую агрессию выразилась в «моральном эмбарго»: отказе продавать Советам продукцию авиазаводов. Англия и Франция ограничились поставками финнам устаревшего вооружения. Передовица «Правды» отмечала: «Все честные сыновья и дочери Англии, Франции и Америки клеймят позором подлую банду — от римского папы до лондонских лавочников, поднявших весь этот дикий вой по поводу благородной помощи, которую Красная Армия оказывает финскому народу, борющемуся против его угнетателей».

Маленькая «страна Суоми» («финская козявка», как писала газета «Правда») отказалась стать подарком к шестидесятилетию товарища Сталина. Счет убитых, замерзших в карельских болотах и сосланных в Гулаг красноармейцев перевалил за сто тысяч. В армии восстановили дисциплинарные (штрафные) части, упраздненные в 1934 году. Краслеты («красные летчики») бомбили Хельсинки, Котку и Выборг — Молотов утверждал, что советская авиация сбрасывает финнам корзины с хлебом. Билл Буллит решил, что настало время вернуть Сталину его «кремлевский поцелуй».

Посол нейтральных Соединенных Штатов встретился в частном порядке с Генеральным секретарем Лиги Наций Жозефом Авенолем. Встреча происходила в парижском ресторане, славившимся своими устрицами. «По крайней мере, еда была превосходна», — сообщил Буллит Рузвельту 19 декабря. Билл писал президенту: «Авеноль был совершенно убит и говорил, что Лига не способна ни на какие действия. Я сказал ему, что если он согласен поднять вопрос об исключении Советского Союза из Лиги Наций, то я через два часа предприму все необходимые действия. Авеноль излучал мрачный скепсис, но по крайней мере заинтересовался идеей».