Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество
- Автор: Кара-Мурза Сергей Георгиевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: ООО «Издательство Родина»
- ISBN: 978-5-00180-291-4
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «Новое средневековье XXI века, или Погружение в невежество». Краткое содержание книги:
Сергей Георгиевич Кара-Мурза, выдающийся российский ученый, социолог и политолог, впервые провел полный и всесторонний анализ «нового средневековья» в своем фундаментальном исследовании, материалы для которого он собирал в течение тридцати лет. Здесь разбираются причины этого исторического явления, его характерные черты в политике, обществе, культуре, говорится о носителях и противниках новой средневековой идеологии. В книге приводится огромное количество фактического материала, основанного на сотнях различных источников.
Без «когнитивного бунта» (изменения картины мира и «обозначения» структуры в состоянии становления) здравый смысл и чувства крестьян и рабочих остались бы в форме мечты или утопии. Ленин не только определил потенциал Советов как стержня новой государственности, но и сразу показал необходимые функции и действия Советов, которые еще были только ростками их структур.
Русский коммунизм был объявлен выражением зависти и жажды нивелирования и якобы отрицанием мира культуры и цивилизации, возвращением нас к неестественной простоте бедного, грубого человека, который не дорос еще до частной собственности. Этот постулат был принят либералами, меньшевиками и (временно) даже эсерами. Развивая свою теорию пролетарской революции, Маркс много раз подчеркивал постулат глобализации капитализма, согласно которому капитализм должен реализовать свой потенциал во всемирном масштабе — так, чтобы весь мир стал бы подобием одной нации. Но Ленин изучал историю и актуальную реальность, а из них вытекали другие выводы. И еще в августе 1915 г. высказал вывод: «Неравномерность экономического и политического развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно взятой капиталистической стране».
В Февральской революции вожди исходили не только из устаревшей доктрины XIX века, но еще и из мешка ошибок хиндсайта: надо, мол, подтолкнуть «дикую стихийную анархию», чтобы она свергла царя. Как говорил А. И. Гучков, деятели Февраля считали, что «после того, как дикая анархия, улица, падет, после этого люди государственного опыта, государственного разума, вроде нас, будут призваны к власти. Очевидно, в воспоминание того, что… был 1848 г.: рабочие свалили, а потом какие-то разумные люди устроили власть».
Такова была Февральская революция 1917 г. в России: ее харизматические вожди — либералы, цвет русской интеллигенции. Более того, либералов поддержали марксисты-социалисты (меньшевики и эсеры), философы и ученые, иерархи церкви и верхушка Запада (Антанты). Их с 1905 года консультировал лично М. Вебер — бесполезно! Погрязли в невежестве — в устаревшей парадигме. Они мыслили в рамках модерна XIX века, в теории науки бытия.
После провала попытки установления диктатуры Корниловым политическая карта России резко изменилась. К руководству Советами пришли большевики, Советы имели надежную поддержку армии и флота, вооруженную и организованную Красную гвардию, и к 25 октября готовился II Всероссийский съезд Советов. Массовое сознание резко сдвинулось влево под лозунгом «Вся власть Советам!». В коалиции Февральской революции собрались выдающиеся интеллектуалы, но они мыслили в системе Просвещения XIX века, а крестьяне и рабочие мыслили в иной системе. Большевики «доработали» эту систему посредством синтеза с новой, «постклассической» наукой.
Власть Временного правительства была парализована, военный министр Верховский доказывал во всех инстанциях необходимость срочных решений об армии и мирных переговорах, но правительство уже отключилось от реальности. Керенский заявил английскому послу: «Я желаю того, чтобы они [большевики] вышли на улицу, и тогда я их раздавлю». 24 октября он дал команду пресечь попытку большевиков «поднять чернь против существующего порядка». Это и продемонстрировало погружение в невежество коалиции Февраля.
Октябрьская революция союза рабочих и крестьян была направлена на то, чтобы избежать капитализма. В конкретных исторических условиях России на пути либерально-буржуазной государственности грозила верная катастрофа. Представления о будущем типе народного хозяйства, которые излагал Ленин в предреволюционный период, шли по иной траектории, чем политэкономия А. Смита и Маркса.
Ортодоксальные марксисты выступили против Октябрьской революции потому, что она прерывала «правильный» процесс смены экономических формаций и угрожала не дать капитализму в России развиться вплоть до исчерпания его возможностей в развитии производительных сил.
Когда читаешь документы тех лет, странно видеть, что с особой страстью отвергли Октябрьскую революцию именно левые, марксистские партии (меньшевики и Бунд). Дело в том, что это для них была не социальная угроза, а ересь, нарушение их религиозных догм. При этом М. Либер (лидер Бунда) возмущался: «Ложь, что массы идут за большевиками. Наоборот, большевики идут за массами. У них нет никакой программы, они принимают все, что массы выдвигают».