Прожектеры: политика школьных реформ в России в первой половине XVIII века [litres с оптимизированной обложкой]

Итак, мы видим, что Петр внес заметный личный вклад в разработку относящихся к обучению разделов морских регламентов, но его интересовали в первую очередь вопросы практической подготовки и организации службы гардемаринов. В остальном же большинство относящихся к обучению норм представляют собой прямой перевод из французского ордонанса 1689 года, того самого, на котором были основаны и предложения Сент-Илера. В этом смысле подход царя к разработке морских регламентов мало чем отличался от методов, которыми пользовался самозваный барон. Это обстоятельство также напоминает нам, что пренебрежительное отношение Петра к текстам Сент-Илера не обязательно связано с их содержанием как таковым. В конце концов, лишь несколькими годами спустя царь сам позаимствует то же самое содержание из того же источника. Более того, предложения Сент-Илера были даже детальней и амбициозней в смысле введения «регулярства» в обучении, чем те нормы, которые были в итоге зафиксированы в морских регламентах Петром. Неудача барона была обусловлена в первую очередь коллизиями придворной политики, его неспособностью найти поддержку среди представителей элиты и его столкновениями с Матвеевым.

Поскольку во время работы над морскими регламентами Петр и его сотрудники широко заимствовали идеи и целые фрагменты из французских источников, стоит обратить внимание не только на те пассажи, которые они задействовали, но и на те, которые решено было опустить. Как мы уже видели, они активно пользовались первой главой книги 7 ордонанса 1689 года, но почти полностью проигнорировали первую главу книги 19. В частности, не привлекли их внимания французские нормы, касающиеся собственно организации преподавания и дисциплины (параграфы II и XII); содержания и методов преподавания, включая и перечисление конкретных математических и навигационных знаний и навыков, которые должны усвоить ученики, а также последовательность, в которой они должны преподаваться (параграфы III–XI); инструментов и приборов, которые должны брать с собой на борт корабля офицеры, отправляемые для обучения гардемаринов (параграф XVII); процедур контроля над ходом обучения с участием опытных капитанов (параграф XIII) и специальных экзаменационных комиссий (параграфы XIV–XVI). Иными словами, в своих самых масштабных текстах, относящихся в подготовке морских офицеров, Петр не стал, если так можно выразиться, «заглядывать внутрь школы», т. е. вмешиваться в сам процесс преподавания и нарушать автономию «мастеров»-учителей. Не находим мы здесь и представления о школе как о бюрократической структуре, где нужны четкая иерархия, распределение обязанностей, установленный бюджет и так далее. По целому ряду вопросов Петр вообще не счел необходимым как-то высказаться в регламентах: численность учеников, размер жалованья учителям и «кормовых денег» ученикам, структура управления, соотношение Морской академии с корпусом гардемаринов и ее отношения с другими ведомствами – все это не удостаивается никакого упоминания. Не вспоминает Петр в своих регламентах и о московской Навигацкой школе. Мы можем только предположить, что он считал возможным и достаточным урегулировать все эти вопросы посредством частных распоряжений и указаний – или же оставить их на усмотрение самих учителей и администраторов461.