Право рождения (СИ)
- Автор: Gusarova, Оплачко Светлана Sиничка
- Язык: русский
- Жанр: Магический реализм
Электронная книга - «Право рождения (СИ)». Краткое содержание книги:
— Вы меня, вероятно, не помните, — Борзой постарался выглядеть одуванчиком.
— Отчего же, помню и прекрасно знаю, — не гася улыбки, сказала Маргарита Алексеевна, и, как почудилось Илье, с интересом разглядела коренастую фигуру Борзого. — Тим?
— Да, ну, всё равно... Очень приятно, — стушевался тот, тряся её за ладошку.
«Вот как! Она предпочитает голубоглазых блондинов, ясно, — снова выступило подсознание Айвазова. — Ну-ну, красавчик, все девушки твои». — Он несколько холодно сощурился на однобожника, но Тим, к счастью, этого не заметил.
— О. Принесла нелёгкая, — седой, неприветливый, в прихожую заглянул Ритин муж, Евгений Николаевич. Увидел чернокосую кнопку у ноги Айвазова и вмиг смягчил взор голубых глаз. — А кто это у нас тут? Раскраски любишь?
— Д-да, — пролепетала Владка осторожно, но от отцовой ладони отцепилась.
— У нас вроде оставались от детской конференции по динозаврам. — Он напряг память. — Любишь динозавров?
— А мамонты там есть? — осмелела Владка.
— Есть. Но сначала всем мыть руки и за стол!
Рита одарила спину супруга ласковым поглаживанием, пока тот вёл Владу намываться.
— Ева выросла и делает карьеру, — вздохнула она. — Не то, чтобы мы слишком хотели внуков, но у Жени это проскакивает.
— Я бы тоже хотел внуков! — поддакнул Илья, покосившись на Борзого. — Моя старшая — карьеристка не хуже твоей. Хорошо вот, замуж выдаю. Ваша же тоже мальчика нашла? Приедете на свадьбу?
— По-моему, это невеста с женихом должны решать, кому они обрадуются на собственной свадьбе, а кому нет! — отозвался, перебивая плеск воды в ванной, Евгений Николаевич.
— Эм, мы будем рады, конечно, рады! — принялся уверять Борзой. — Мы вообще зовём всех.
— Сперва бы я на твоём месте решил вопрос с поездкой. — Лащенко вывел Владку, с блаженным видом нюхавшую ручонки.
— Тётя Рита, дядя Женя, какое у вас мыло вкусное!
— Ох, да, — Борзой нахмурился. — Вы правы, Евгений Николаевич.
— Я всегда прав, привыкай, — отрубил старик. — Не был бы прав, не сидел бы консультантом правительства по вопросам палеонтологии. Мальчишки, — он поморщился. — Хорошее дело вы затеяли, а главное, вовремя. Сколько там до твоей свадьбы?
— Две недели, — буркнул Тим, следуя за хозяевами в обеденную залу.
— А у тебя когда ребёнку рождаться? — По Илье тоже проехались, куда без этого!
— Ну... Успеем! — взбрыкнул тот.
— М-м, — иронично отозвался Евгений Николаевич, плюхнул Бусинке пару голубцов и сметаны шваркнул от души. — Кушай, деточка. Она у тебя не малоежка?
— А-а-э, нет, она ест всё, — Илья проводил взглядом ложку с огромным куском голубца, которую дочь пыталась запихнуть себе в рот.
— Повезло. — Женя, пока Влада отвлеклась на еду, постучал пальцами по шкафчику с алкоголем и кивнул гостям. Те закивали в ответ, а Рита показала пальцем и на себя тоже.
«Вот это я понимаю, гостеприимство, — подумал Илья, — Дорохов даже не предложил выпить».
Голубцы от Лащенко оказались выше всяческих похвал. Илья знал, что Женя любит готовить, и сделал себе пометку взять рецепт. Для Светки, ну и Вахе, возможно, пригодится.
— Рита, покажи Владе раскраски, — после того, как мелкая умяла тарелку еды, попросил Евгений Николаевич. — А мы переговорим о своём, о тёмном.
Громова сделала на него страшные глаза, понимая, что её хотят оставить без наливки, но увела Владу в соседнюю комнату. Илья не стал признаваться, что в экспедиции они всем скопом пили при ребёнке, но то было обычное дело, да и что у кого в кружке никого не интересовало. Не выдворять же её каждый раз, когда все орут: «Сейчас ка-ак жахнем!»
«Абсолют» чистой слёзкой полился по рюмкам и обогрел нутро. Борзой прижал пальцы к носу, крякнул и захрустел корнишоном.
— Жена сказала, у вас проблемы с заданием и велела помочь. — Евгений Николаевич уселся напротив двоих чернобогов, образовав с ними за столом фигуру, напоминающую равносторонний треугольник.
— Да, мы хотели бы проконсультироваться, — начал Илья аккуратно, — не по палеонтологии, нет.
— По нашей «птичьей жизни»? — саркастично ухмыльнулся Лащенко. — Давайте, спрашивайте, что с вами делать.
— Прежде всего, Тимур, я тебе представлю Евгения Николаевича, как посланника нижнего мира на земле, — объяснил Борзому Илья. — В нём воплощен Гамаюн, птица Чернобога. А в Маргарите Алексеевне — Сирин, посланник Хорза.
— Да ну! — по-детски изумлённо ахнул Тим. — Вот откуда у неё голос! А вы... Это большая честь знать вас, Евгений Николаевич!
Он хотел было вскочить и ухватить Лащенко за руку, но тот махнул, мол, сядь, не вертись.
— Я в человеческом теле довольно смутно ощущаю его силу. Вы больше, не сомневаюсь. Жена везучая, ей внимают и восхищаются, а я всем гадости говорю, хоть это и правдивые гадости, они никому не нравятся. — Лащенко потеплел во взгляде, когда говорил о Рите. — Я к вашим делам непричастен, заявляю напрямик. Мы можем изредка высвобождать силу, только не полностью, пока живём в людских телах, не до конца. Но нас должно быть трое птиц, и мы с женой чуем нехватку силы. Сирин, Алконост, Гамаюн, знаете же? Вот, Алконост где-то потерялся.
— Алконост был птицей самого Перуна, — поделился знаниями Илья. — Потом Перун
после войны растворился в детях, и птица его пропала...
— Ничто не пропадает бесследно, — заявил Лащенко. — Я в своё время тоже думал, что Рита, — он кивнул на комнату из которой доносились женский и детский голоса, — пропала бесследно, но судьба соединила нас спустя двадцать лет. Алконост существует. Но где и в какой форме, мы не знаем. Есть ли у него проекция в живом мире, или нет, память молчит.
— Но он тоже способен путешествовать между мирами? — прервал Лащенко Илья.
— Должен. Недаром его символом является зимородок, способный нырять в холодные воды и возвращаться обратно.
— Не знаю, как это поможет нашему делу, но спасибо за сведения, — проворчал Борзой. — Не исключено, что Алконост как-то связан с пропажей предков и духов в Мохике.
— Я бы не отметал этот вариант, несмотря на его фантастичность, — признался Евгений Николаевич. — Кто другой способен проникать в посмертье и возвращаться оттуда? И, полагаю, если так, то Алконост не вполне жив. Мы же с Сирином челночить не можем! Пока не можем. — Он замолк и со вздохом после сказал: — Но искать третью птицу будете сами, мы уже старики. Нам бы дома сидеть и косточки греть. — Лащенко поднял рюмку и осушил за чернобогов. — Работайте.
— Папуля! Смотри, что мне подарили! — прозвенело на весь дом, и Илья увидел дочь, которая ринулась к нему, вертя в руке большой шар с осыпающимися внутри блёстками. — Тётя Рита мне подарила! И все раскраски с динозаврами! Я нарисую им короны и юбочки!
— Маргарита Алексеевна, ну зачем? — застыдился Айвазов. — У неё вагон игрушек! Влада, что за попрошайничество?
— И вовсе не попрошайничество, а дружеский жест! — отмазала мелкую Громова. — Нам куда игрушки? Я спросила Еву, она не против.
Влада, горя счастьем, залипала на прозрачную полусферу, встряхивая её и заставляя звёздную пыль оседать на ёлочки.
— Как прикольно-о! Тётя Рита, звёздочки сияют, как когда ты расправляешь крылья!
— Ты хоть спасибо скажи, джиганская морда, — напомнил Илья и подумал, что с таким сочетанием крови Яхонтовых, его и Самохваловых Владка в жизни не пропадёт.
— Спасибо! Спасибо большущее! — Дочь обняла Громову, а та показала мужу сперва на неё, потом на шкафчик.
«Смена дежурства», — догадался Илья.
— Ну пойдём, я тебе книжки почитаю, — Евгений Николаевич поднялся из-за стола.
— Зачем ты мне? — удивилась Бусинка. — Я тебе почитаю, я умею. Пойдём, дядя Женя, пойдём.
Не выпуская шар, она с Гамаюном за руку ушла обратно. Илья подумал, что сейчас ей достанутся в наследство и старые цветные книжки Евы. Сирин дождалась, когда они уберутся и закроют дверь, и глазами попросила Илью налить ей стопочку. Айвазов охотно исполнил волю птицы счастья, и та промочила клювик за всеобщее здоровье.