В пору скошенных трав
- Автор: Димчевский Николай Владимирович
- Год: 1990
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- ISBN: 5-265-01097-1
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «В пору скошенных трав». Краткое содержание книги:
Главный герой повести «Дед» — пожилой сельский фельдшер. Это поистине мастер на все руки — он и плотник, и столяр, и пасечник, и человек сложной и трагической судьбы, прекрасный специалист в своем лекарском деле.
Повесть «Только не забудь» — о войне, о последних ее двух годах. Тяжелая тыловая жизнь показана глазами юноши-школьника, так и не сумевшего вырваться на фронт, куда он, как и многие его сверстники, стремился.
Рассказывать о прожитом надо много и подробно, и сегодняшней встречи все равно не хватит, и поэтому можно не начинать разговора… Просто побыть вместе — и всё.
Егор краем глаза оглядел комнату, убедился, что все в ней по-старому. И вернулся в нее окончательно. Откинулся к спинке стула, протянул ноги под кровать… Почти уже забытый покой впервые за эти годы вернулся к нему. И он видел: то же у Алика. И безмолвное согласие их было блаженным.
Наталья Петровна появлялась, уходила… Они ее не видели, пока она не склонилась между Аликом и Егором:
— Я сейчас вам завтрак принесу.
Алик хитро глянул на друга. Тот буркнул поспешно — де, завтракал — и стал отказываться… Алик слабо махнул рукой:
— Чудак ты, Егорий… У нас настоящий довоенный завтрак! Такого ты не помнишь.
Наталья Петровна так улыбнулась, что Егор понял бессмысленность своего отказа.
И все ж весь разговор о завтраке остался где-то в стороне. Егор еще не охватил главного, не свыкся с очевидностью — Алик здесь, рядом, вот он…
Ему смутно подумалось расспросить о фронте, о госпитале, о дороге… Но вопросы даже не облеклись в слова — они лишь намечались где-то в глубине и оставались там… И постепенно понялось, что расспрашивать не надо, пусть сам расскажет, когда захочет…
Алик прикрыл глаза, его серое лицо вдруг побелело, он стиснул зубы, удерживая стон, отвернулся к стене.
Егор видел: ему плохо. Вскочил, метнулся…
— Ты что, Алёк? Что…
Не успел сообразить, в чем дело, как Алик успокоился; и лицо прежнее, и попробовал даже улыбнуться:
— Не бойся… Осколок идет… Схватывает, черт…
Слегка поворочался, отыскивая удобную позу и успокаиваясь. Отдышался, вовсе отошел — и вспомнил неожиданно лето на даче… Как лошадей гоняли на водопой… И показалось все это далеким, из другого мира, и даже недоверие шевельнулось… А было ли?.. И вместе с воспоминанием разливался радостный покой, безмятежность, и понималась зыбкость этого чувства, и хотелось сохранить его подольше.
Наталья Петровна пошаркивала рядом, позванивала посудой, но Егор почти не видел ее.
И вдруг почуял удивительный, начисто забытый аромат какао…
— Завтрак готов, — сказала она.
И тогда Егор увидел две дымящихся чашки и ломти белого хлеба с американским беконом.
— Ну как?
Своим вопросом Алик усугубил смятение. Даже во сне Егор не мог увидеть ничего подобного. Застыл на стуле, одеревенел, не зная, как отнестись к роскоши этой…
— На дорогу сухим пайком отвалили. Целый вещмешок. Иди к столу, не робей, занимай позицию. А я уж в постели буду.
Они помогли Алику сесть в подушках. Наталья Петровна достала «Ниву» за 1914 год в толстом переплете и поставила на нее чашку.
И странно — Егор пил какао, кусал бутерброд — и не мог разобрать вкуса и поминутно забывал о роскошном завтраке. Понимал: будет о нем рассказывать всюду, будет хвастаться, но сейчас вся его прелесть почему-то пролетала мимо, существовала словно бы между прочим…
На Алика смотрел — и только…
Стриженый, высохший, незнакомый, он неловко держал чашку левой рукой, неуклюже брал бутерброд, и в каждом движении — отпечаток пережитого, таившего для Егора влекущую и страшноватую загадку.
Но сам Алик пережитого не вспоминал. Он спросил вдруг, какие фильмы идут в Москве, и Егор не сразу ответил — очень уж далек был вопрос от того, о чем думалось. И назвал наконец английскую комедию «Джордж из Динки-джаза», которую на днях посмотрел и стал рассказывать про жуткую очередь в кассу и про воду с сахарином в буфете…
Алик слушал с наслаждением, прикрыв глаза и улыбаясь.
Наталья Петровна собрала пустые чашки, она была несколько разочарована тем, что Егор, как ей показалось, равнодушно проглотил завтрак.
Алика вновь уложили. Он утомился и скоро, сам того не замечая, уснул. И тогда Егор увидел, какое у него усталое лицо. Пока разговаривали, не замечалось, а сейчас Алик показался даже постаревшим. Словно целая жизнь разделила их.
Егор потихоньку вышел в кухню. Наталья Петровна сказала шепотом, что он слаб, как цыпленок, и засыпает неожиданно в любую минуту. Потом упомянула о каком-то подарке — Егор не понял — и открыла кладовку. Там на полке стоял аквариум, наполовину набитый квашеной капустой… Вспомнилось солнечное окно, подводное царство, и они с Аликом выпускают только что купленных лунных рыбок…
Наталья Петровна развязала солдатский сидор, лежавший рядом с аквариумом, зашуршала бумагой.