Оковы и плети (ЛП)
- Автор: StilleWasser
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Оковы и плети (ЛП)». Краткое содержание книги:
В разгар дня под золотистыми лучами июньского солнца Малфой-мэнор был похож на прекрасный дворец из сказки о Золушке, а не на узилище, где пытали и убивали людей, каким он запомнился Гермионе. Не только сам дом, но и обширная территория вокруг него были украшены цветами и лентами в пастельных тонах. Основное действо развернулось на огромных полянах, раскинувшихся по обеим сторонам дорожки, ведущей от ворот к дверям особняка. Несмотря на свое отношение к хозяину дома, Гермиона не могла не признать, что Люциус в строгом черном смокинге и красавица Эстер в белом, отделанном изысканным кружевом платье были прекрасны и выглядели счастливыми, давая друг другу клятвы в окружении цветов и зелени. Казалось, что они действительно влюблены, а не женятся по расчету, преследуя каждый свои цели, как думали все вокруг.
Но когда Гермиона поделилась этими мыслями с Драко, он лишь скептически хмыкнул. Они сидели на бортике фонтана, вокруг которого полукругом расположились фуршетные столы. Малфой-младший категорически отказался поздравлять отца после заключения брака, и они ускользнули сюда и наслаждались исходящей от текущей воды прохладой.
— Это ведь Люциус Малфой, — задумчиво сказал Драко, снимая пиджак и небрежно бросая его на бортик рядом с собой. — Мой отец никогда ничего не делает просто так. Тем более — по любви. Их брак с мамой был расчетом. Я родился только потому, что древнему роду был нужен наследник. Уверен, что и к этой Крамп у него какой-то особый интерес. Ты обратила внимание на список приглашенных? Куча маглорожденных волшебников, которых он когда-то помогал истреблять. Ты в их числе, к тому же ты подруга Поттера, героиня войны, одно твое присутствие, тем более в паре со мной, его сыном, придает происходящему особый смысл.
— Я слышала от кого-то из гостей, что Эстер тоже маглорожденная, — проговорила Гермиона, тщательно обдумывая слова Драко и сопоставляя с той картинкой, которая только что была у нее перед глазами. — И всё же мне кажется, что между ними есть что-то большее, чем простая выгода.
Она не стала говорить это вслух, но если на Нарциссе его женили родители, как полагалось в чистокровных семьях, то почему бы Люциусу, обретя независимость и свободу от них, от навязанной ему жены и от своего жестокого хозяина, не захотеть обычного человеческого счастья? Может, это влияние Кристофа с его гуманизмом, но Гермионе хотелось верить, что даже такой человек, как Люциус, способен полюбить.
Драко покачал головой, отрицая её последние слова, и некоторое время сидел молча, опустив руку в прозрачную воду фонтана и размышляя.
— Мать познакомила меня с Кристофом почти сразу после того, как мне исполнилось шестнадцать, — наконец заговорил он, глядя в одну точку перед собой. — Я провел в клубе половину лета перед шестым курсом и все каникулы во время учебного года. Отец тогда находился в Азкабане за нападение на Министерство. Узнав, что я общаюсь с Кристофом, он воспылал надеждой вернуть нашей семье расположение Темного Лорда. Моими руками. Он прекрасно понимал, что окажется в опале за свою неудачу с пророчеством, и, когда после его освобождения так и произошло, он стал искать любую возможность выслужиться. Позже я узнал, что именно он умолял Лорда дать мне важное задание, и так я получил приказ убить Дамблдора. И что незадолго до этого отец встречался с Кристофом для беседы, в ходе которой высказал пожелание, чтобы тот передал мне свое мастерство в использовании атакующих проклятий. Иными словами — научил меня убивать.
Гермиона вздрогнула от холодного безразличного тона, которым Драко это произнес, и взяла его за руку. Он нежно погладил её пальцы и повернулся к ней, грустно улыбнувшись.
— Кристоф поступил по-своему, и я ему за это благодарен.
— Я тоже, — несмело улыбнулась в ответ Гермиона. — Значит, поэтому Кристоф и твой отец недолюбливают друг друга?
— И именно поэтому Люциус когда-то зарекся приходить в клуб, — кивнул Драко. — Не дай ему себя обмануть, Гермиона. Только этого он и добивается своим фарсом с женитьбой на маглорожденной. Всё это не более чем попытка подстроиться под новые условия игры. Малфои всегда умели выживать с максимальной выгодой для себя.
Драко горько усмехнулся, поднес руку Гермионы к губам, нежно поцеловал, а потом потерся щекой о её ладонь. Она скользнула пальцами по его скуле и очертила линию подбородка, но вдруг он поймал её руку и, серьезно заглянув ей в глаза, сказал:
— Я тоже Малфой.
— Я знаю это еще с первого курса, — фыркнула Гермиона, не желая понимать намек. Драко улыбнулся, возвращая себе задорно-воинственное настроение, с которым он пришел на свадьбу.
— Не хочешь сбежать от меня, пока не поздно? — подмигнул он.
— Уже поздно. Ты держишь меня в ошейнике и на коротком поводке. Злобный коварный Малфой, — она улыбнулась и подмигнула ему.
Поляну стали заполнять гости, и вскоре Драко и Гермиона оказались в эпицентре возбужденного гвалта и веселого смеха, а также вспышек колдоаппаратов специально приглашенных репортеров «Ежедневного пророка». Все вокруг обсуждали свадьбу и дальнейшие планы молодоженов на совместную жизнь: Люциус обмолвился, что они с Эстер вскоре планируют переезд в Америку, где уже приобрели «очаровательный пентхаус» в одном из небоскребов Нью-Йорка. На вопрос журналистов, чем он собирается там заниматься, Малфой-старший ответил, что продолжит сотрудничать с МАКУСА в поимке так и не найденных Пожирателей Смерти, по данным Министерства магии Британии, укрывшихся в штатах Вермонт и Массачусетс.
Чтобы избежать внимания назойливых репортеров, Драко предложил Гермионе прогуляться, и вскоре они оказались в доме. Идя через коридоры и длинные залы, она со страхом ожидала увидеть знакомые комнаты, которые могли бы всколыхнуть неприятные воспоминания, но особняк поражал обилием светлых тонов и необычной легкостью и воздушностью декора и ничуть не напоминал тот мрачный дом, который долго являлся Гермионе в кошмарах. Малфой, внимательно наблюдающий за ней, пояснил, что после войны все помещения подверглись полной перепланировке и ремонту, ведь жить там, где всё напоминало о Темном Лорде и его деяниях, не хотелось никому.
Идя по коридору второго этажа, они услышали голоса, и предающийся воспоминаниям о детстве Драко умолк, прервав на полуслове рассказ о том, как любил играть в прятки с домовиками, не подозревая, что те прекрасно чувствовали, где находится их маленький хозяин, и просто ему поддавались.
— Люциус, нас ждут гости, — протестующе напомнил мелодичный женский голос, принадлежащий новоиспеченной миссис Малфой. — Не сейчас, пожалуйста…
Её слова прервались жалобным стоном, а затем раздался какой-то шум, и прозвучал самодовольный голос Люциуса:
— Гости подождут. Я не собираюсь отказывать себе в удовольствии насладиться своей прекрасной женой из-за кучки напыщенных придурков. Вот так, чуть выше, моя сладкая…
Эстер вскрикнула, а затем снова застонала.
— Ты помнешь мне платье, Малфой. М-м-м…
Ритмичный шум и влажные хлюпающие звуки заставили Гермиону покраснеть и беспомощно взглянуть на Драко, застывшего у приоткрытой двери бывшей спальни своих родителей. Его лицо приобрело знакомое ледяное выражение, появлявшееся всегда, когда он хотел скрыть эмоции. Гермиона осторожно потянула его за руку, собираясь увести подальше, но в его глазах мелькнула ярость, и он решительно распахнул дверь и ворвался в комнату.
Прижатая к кофейному столику затянутой в тугой корсет роскошной грудью Эстер испуганно вскрикнула, а неистово вбивающийся в нее сзади Люциус лишь покрепче сжал ткань задранной юбки и, закрыв глаза и не обращая внимания на внезапное вторжение в комнату, сделал еще три глубоких размашистых толчка и содрогнулся от удовольствия, изливаясь внутрь женского тела. Рвано выдохнув, он поправил платье Эстер и свои брюки и невозмутимо проговорил, закрывая собой смущенную жену:
— Кажется, твоя мать должна была научить тебя стучать, прежде чем куда-то войти. Только грубые неотесанные гриффиндорцы могут столь бесцеремонно врываться в личные покои. Впрочем, с кем поведешься…
Гермиона физически ощутила волну ярости, исходящую от Драко. Шагнув вперед, он прорычал:
— Да как ты смеешь…
Но вдруг в разговор вмешалась Эстер. Недаром эта миловидная блондинка была аврором: еще несколько секунд назад смущенно краснеющая и прячущая взгляд, теперь она решительно выступила вперед и, поправляя выбившийся из идеальной прически локон, дружелюбно произнесла:
— Ты ведь, Драко, правильно? Ты очень похож на отца. Прости, что наше знакомство проходит при таких обстоятельствах, мы думали, все сейчас внизу, во дворе, — она улыбнулась, встав в нескольких шагах от Люциуса и как бы подчеркивая этой дистанцией свои следующие слова: — Я понимаю, что для тебя все происходящее кажется вопиющим неуважением к твоей матери, но… Поверь, всё совершенно не так, как это выглядит со стороны.
— Эстер, — в голосе Люциуса звучало предупреждение, но она лишь отмахнулась, сделав шаг вперед и приблизившись к застывшему и побледневшему Драко, сжимающему кулаки.
— Драко, позволь поговорить с тобой наедине, пожалуйста.
— Не думаю, что вам есть что мне сказать, миссис Малфой, — последние слова Драко буквально сочились ядом, и Гермиона невольно поёжилась.
— Эстер! — Люциус повысил голос, но она, не дрогнув, обернулась и железным тоном сказала:
— Он имеет право знать! — а затем, повернувшись к Драко, уже тише добавила: — Прошу тебя.
Драко молчал несколько долгих секунд под умоляющим взглядом Эстер, и атмосфера в комнате накалилась, словно в ней находился огнедышащий дракон. Не выдержав, Гермиона взяла Драко за руку и тихонько прошептала:
— Пожалуйста…
Он перевел на нее холодный взгляд, и вдруг что-то изменилось в его лице, и наконец он сдержанно кивнул.
— Спасибо. Не мог бы ты проводить меня в гостиную? — мягко попросила Эстер.