Оковы и плети (ЛП)

— Кинг не показался мне таким уж плохим аврором, — в смятении пробормотала Гермиона: ей не слишком понравилось то, что из-за нее Гарри собирается устроить революцию.

— А он и не плохой, — отозвался Малфой. — Просто после войны Аврорату не хватает толковых ребят, и многие перегружены. Кинг в том числе. Вот только у Поттера своя правда. И за кем будет победа в этом противостоянии, для меня вопрос не стоит. Сэвидж очень доволен успехами своей группы с тех пор, как взял под крыло стажера Поттера. У Томаша Домбровски, нынешнего главы Отдела магического правопорядка, маглорожденная жена, поэтому он весьма благоволит человеку, который победил Темного Лорда. А Уилфред Праудфуд, начальник Аврората, уже стар и через несколько лет уйдет на заслуженный покой. Мне кажется, у Поттера есть все шансы занять его место.

— Не думаю, что Гарри метит на место начальника Аврората! И уж тем более не думаю, что у него настолько далекоидущие планы в том скандале с Кингом, который он поднял! — возмущенно выпалила Гермиона. — И вообще, откуда ты столько знаешь о министерских интригах?! — увидев улыбку Драко, она вздохнула: — Ну конечно. Слизеринец.

— Просто слежу за внутренней кухней той организации, где собираюсь начать свою карьеру, — пояснил Малфой, всё еще улыбаясь. — Тебе, кстати, тоже не помешает, если хочешь чего-то там добиться.

— Я… — Гермиона уже хотела было разразиться гневной тирадой, но, задохнувшись от возмущения, лишь открыла рот и не смогла ничего сказать.

— Да-да, — Драко ласково погладил её по голове. — Я знаю, что ты идешь туда, чтобы сделать мир лучше, а не для того, чтобы взлететь по карьерной лестнице. Но пойми, моя милая наивная гриффиндорка, чтобы протолкнуть твои идеи и проекты, тебе понадобятся союзники. Ты не сможешь просто внести предложение и ждать, что его сразу примут просто потому, что оно хорошее и служит общему благу. В таком месте, как Министерство, интриги плелись годами. Оно опутано их паутиной, и главный вопрос, кем там станешь ты, — мухой, которая завязнет и будет покорно ждать гибели, или пауком.

— Я буду ураганом, который сметет паутину вместе с мухами и пауками, — тихо проговорила Гермиона, и в её голосе звучала такая непоколебимая уверенность в собственных силах и в своей правоте, что Драко просто промолчал в ответ, решив, что бешеный ураган, скорее всего, вряд ли обратит внимание на то, что кто-то расчистит ему дорогу и подбросит пару полезных знакомств прямо в эпицентр бури.

— Кстати, ты не поговорил с Кингом о Пэнси? — вдруг спросила Гермиона, вытягиваясь на постели и удобно устраиваясь на груди Драко. — Он всё еще хочет засудить её за то, что не сам первым добрался до Поллукса?

— Я собирался нажать на него сегодня утром, используя некоторые старые связи нашей семьи, но, к моему огромному удивлению, это не понадобилось. Ты не поверишь, кто успел похлопотать за Пэнси до меня!

— Миссис Паркинсон? Мать Пэнси. Кажется, ты говорил, она та еще «железная леди», — предположила Гермиона, невинно потирая пальцем розовый сосок Драко.

— Не угадала! Поттер! — Малфой провел пальцами вдоль обнаженной спины Гермионы и нагло устроил руку на её ягодицах. — Уж не знаю, зачем ему всё это, но, похоже, они заключили с Кингом соглашение: Френсис «забывает» о том, от чьей руки погиб преступник, а Поттер закрывает глаза на то, что имена Кристофа и Стефана не упоминаются в официальных отчетах. В твоих показаниях они, кстати, тоже не должны звучать, не забудь об этом.

— Хорошо, — устало отозвалась Гермиона, чувствуя, что её начинает клонить в сон. — Думаю, Гарри просто возмутила несправедливость по отношению к Пэнси. Я против убийств, но тоже думаю, что она заслужила право на месть. Поллукс просто чудовище! И… я хотела бы её навестить.

— Сходим к ней в выходные. Она сейчас в Мунго. Кинг сказал, что завтра нас вызовут в Министерство для дачи показаний. Из-за бури в стакане, которую поднял в Аврорате Поттер, они немного отложили всю эту бумажную волокиту, хотя должны были допросить нас всех уже сегодня. Да и куда торопиться, если преступник всё равно уже мертв.

— А кем Гарри считает Кристофа? Вы ведь должны были ему как-то объяснить его появление вчера. Допустим, Стефан — частный детектив, нанятый тобой. А кто тогда Кристоф? Уверена, Гарри спросит у меня о нем, — озабоченно сказала Гермиона, подняв голову и взглянув на Драко.

— Всё просто, — усмехнулся Малфой и легонько щелкнул её пальцем по носу. — Кристоф — начальник Стефана. В этом ты даже не соврешь своему драгоценному Поттеру. Директор частного детективного агентства присоединился к нам вчера, чтобы лично проконтролировать выполнение моего заказа на расследование твоего дела. Малфои весьма уважаемые клиенты. Даже после всего этого дерьма с Темным Лордом.

— Хорошо, — совсем уже сонно отозвалась Гермиона, устраиваясь поудобнее с явным намерением поспать. Драко поцеловал её в лоб и укрыл одеялом, которое было откинуто в сторону во время их возни на кровати.

— А почему Пэнси назвала тебя вчера «крокодильчиком»? — вдруг спросила Гермиона, сбрасывая с себя сонную негу. Любопытство разобрало её в тот же миг, как она услышала это прозвище, но все последовавшие за этим события заставили на время отложить вопросы о прошлом Драко и Пэнси.

Малфой тяжело вздохнул.

— Запомнила, да?

Гермиона подняла голову и увидела на его лице смущение. Таким Драко бывал очень редко, и она с удовольствием наблюдала, как его бледные щеки слегка краснеют.

— Ну хорошо, — сдался он под её внимательным взглядом. — Пообещай, что это останется между нами.

— Обещаю, — изо всех сил стараясь звучать серьезно, сказала Гермиона.

— Впервые магия проявилась у меня в шесть — на год раньше, чем у Пэнси, с которой мы тогда проводили много времени вместе. Я возомнил себя великим колдуном и, желая выпендриться, чтобы произвести на нее впечатление, стащил из кладовой, где хранились зелья, несколько склянок и сказал, что смешаю из них напиток бессмертия. Не знаю, что именно было в тех флакончиках, но получившаяся смесь, которую я отважно принял, окрасила мою кожу в нежно-салатовый оттенок.

Представив себе маленького «великого колдуна» с зеленой кожей, Гермиона не выдержала и фыркнула, тут же закрыв себе ладонью рот.