Грандиозная история музыки XX века
- Автор: Рондарев Артем
- Язык: русский
- Год: РИПОЛ
- ISBN: 978-5-386-14405-0
- Жанр: История искусств
Электронная книга - «Грандиозная история музыки XX века». Краткое содержание книги:
В основу настоящей книги положен цикл лекций, прочитанных Артёмом Рондаревым в Высшей школе экономики в рамках курса о современной музыке, где он смог описать весь спектр основных жанров, течений и стилей XX века: от академического авангарда до джаза, рок-н-ролла, хип-хопа и электронной музыки.
Попытки описать панк в чисто музыкальных терминах обычно столь же малоуспешны, сколь и в случае других стилей; как правило, в качестве признаков здесь выделяются агрессивный, грязный звук гитар, короткие, часто звучащие стаккато аккорды, немузыкальный, «кричащий» вокал и трансгрессивная тематика песен. Нетрудно увидеть, что под это описание можно подставить и еще ряд тяжелых форм, не имеющих с панком ничего общего, и, напротив, упустить из виду большое число коллективов, выказывающих подобающий панк-этос, однако же не конформных указанным нормам (первым делом на ум идет пример фолк-панка). Очевидно, что панк-музыка должна быть как минимум относительно «простой», чтобы не выйти за рамки DIY-идеологии этого течения, но это, вероятно, единственный (и малоинформативный) его более-менее универсальный критерий. Панк – еще один пример того, как музыкальный стиль обособляется через посредство такого плохо формализуемого критерия как «отношение» (attitude): мы в целом довольно уверенно регистрируем его наличие на слух, однако же затрудняемся описывать. Тем не менее эта констатация показывает, что панк – это в первую очередь идеологический и этический, и уж потом только эстетический выбор.
Панк наглядно показал своим поклонникам способы присвоения чужих знаков и символов, что во многом повлияло на стратегии политической и идеологической борьбы. Этика DIY, равно как и мотивированное ею появление независимых лейблов и фэнзинов, привели к возникновению современной инди-сцены как бизнес-модели и как набора эстетических приемов и критериев. Ироническое отношение панка к проблемам оригинальности и содержательности высказывания сформировало ряд отличительных признаков, свойственных самым различным жанрам, от хип-хопьа до танцевальной электронной музыки, в первую очередь отношение к заимствованию и использованию чужого материала. Низовые формы распространения музыкального материала, характерные для панк-сцены, во многом определили формы диверсификации производства и распределения музыки, свойственные капиталистической модели «гибкого накопления»[562]. Панк переменил практически все условия создания, распространения и рецепции музыкального материала, а то, что не доделал он, завершили хип-хопь и электронная сцена.
Панк интересен еще и тем, что это была первая молодежная субкультура, академическое описание которой происходило не ретроспективно, а практически одновременно с ее появлением. Уже не раз цитированная выше книга Дика Хебдиджа «Субкультура: значение стиля» (Subculture: The Meaning of Style, 1979) считается одним из первых трудов, заложивших основания для исследования социальных значений поп-культуры. Хебдиджа много критиковали впоследствии за фактические ошибки, идеологическую ангажированность, равно как и за то непомерно большое значение, которое он придает семиотическим аспектам предмета своего научного интереса[563]; тем не менее очевидно, что панк и его социология рождаются одновременно (что, по-видимому, не случайно), и с этого момента изучение субкультур, музыкальных культур, «культур вкуса» и так далее становится полноценной академической дисциплиной.
Самым важным в панке было то, что он наконец-то исполнил обещание, когда-то данное рок-н-роллом своим первым поклонникам, что подростки и молодежь получат свою музыку, которую они будут делать сами и слушать сами и которая не будет опосредована «взрослыми» значениями и инстанциями. Разумеется, панк очень скоро оказался коммерческим предприятием, и многие стали зарабатывать с помощью этой этики и эстетики большие деньги, но структурно он по-прежнему оставался музыкой, которую можно сделать самим самими распространить.
Споры о том, умер ли панк или до сих пор жив, начались даже раньше, чем он возник как глобальное явление. Здесь есть много аргументов «за» и «против», все они в той или иной степени субъективны и неполны; тем не менее предложим и мы свой. Существует ряд критериев, свойственных «молодежной» и «подростковой» музыке: она должна быть простой, энергичной, агрессивной, под нее должно быть удобно танцевать и – что часто упускается из виду – она должна обладать трансгрессивным потенциалом, то есть, попросту говоря, уметь бесить взрослых. И если «простоту», танцевальность и прочее довольно легко подделать, то способность бесить, обусловленную набором плохо формализуемых и постоянно меняющихся факторов, имитировать куда сложнее, что делает ее едва ли не важнейшим в данной номенклатуре условием. Оглушительный успех панка во многом объясняется тем, что участники данной субкультуры сразу, минуя все промежуточные стадии, сделали ставку именно на этот критерий, и покуда многочисленные производные панк-рока не утеряли способность раздражать взрослый мир, панк-музыка и панк-этика продолжат оставаться актуальными.
563
См. напр.: Brake M. Op. cit. P. 70; Bennett A., Kahn-Harris K. Introduction // After Subculture. P. 9; Carrington B., Wilson B. Dance Nations: Rethinking Youth Subcultural Theory // After Subculture. P. 76; etc.