Избранные произведения в одном томе
- Автор: Макдевит Джек
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Владимир Павлович Ковалевский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения в одном томе». Краткое содержание книги:
Его романы всегда интересно читать. Это та самая классика приключенческой фантастики, к которой снова и снова обращаются новые поколения читателей.
Содержание:
Послание Геркулеса
Звездный Портал
Берег бесконечности
АЛЕКС БЕНЕДИКТ:
Военный талант
Полярис
Искатель
Око Дьявола
Эхо
Жар-птица
Возвращение
КОСМОАРХЕОЛОГИ:
Двигатели Бога
Обреченная
Чинди
Омега
Лучи промелькнули мимо, так быстро, что слились в размытый след. Я зафиксировала один из них на экране:
— В основном это поток гамма-лучей и фотонов.
— Можем мы от него убраться?
Мы направлялись прямо в космическую мясорубку, не имея ни энергии, ни возможности изменить курс.
— У нас нет двигателей, — сказала я.
— Сколько времени в запасе?
— Часов семь.
— Как насчет прыжковых двигателей? Мы можем отсюда выскочить?
— Без главных они бесполезны. — Я включила гиперсветовой передатчик. — Арапол, говорит «Белль-Мари». Терпим бедствие. Дрейфуем возле Рамзеса. Высокая радиация. Требуется немедленная помощь. Повторяю: терпим бедствие.
Добавив координаты, я поставила сообщение на повтор и начала передавать.
На своевременную помощь можно было не рассчитывать, и я начала действовать, исходя из того, что нам придется спасаться самим. С этой целью я собрала всю возможную информацию о пульсарах вообще и о Рамзесе в частности. Раньше у меня ни разу не возникало повода интересоваться этими объектами. Я всегда считала, что о пульсарах следует знать лишь одно: «Держись от них подальше».
— У него очень сильное магнитное поле, — сказала я Алексу. — Тут говорится, что магнитное поле быстро перемещается, иногда с околосветовой скоростью. Оно взаимодействует с магнитными полюсами, и возникает картина, которую ты сейчас наблюдаешь.
— Огни?
— Угу. В форме конуса. — На одном из экранов все еще виднелась неподвижная картинка. — Их два. Рамзес — нейтронная звезда. Она довольно быстро вращается, и конусы вращаются вместе с ней.
— Я бы сказал, чертовски быстро. Они сливаются в сплошное пятно.
— Звезда совершает примерно один оборот за три четверти секунды.
— С такой скоростью она вращается вокруг своей оси?
— Да.
— Как, черт возьми, это возможно?
— Она невелика, Алекс. Похожа на ту, что врезалась в Дельту К. Всего несколько километров в поперечнике.
— И крутится как сумасшедшая.
— Именно. Это еще ничего, некоторые делают сотни оборотов в секунду.
Оба голубых светящихся конуса исходили из нейтронной звезды. Их узкие концы были нацелены на пульсар.
Позже я выяснила, что пульсар, как и любая сверхплотная звезда, с трудом выдерживает собственный вес. Он продолжает сжиматься, пока не достигнет определенной устойчивости, и чем больше сжимается, тем быстрее вращается. Суть в том, что по мере уменьшения пульсара его магнитное поле становится все более плотным и мощным. Звезда превращается в динамо-машину.
— Вот сволочи! — буркнул Алекс. — Надеюсь, мы доберемся до тех, кто это сделал.
— Считай, нам повезло, что квантовые двигатели не слишком точны. Иначе нас могло бы зашвырнуть прямо в звезду. А так — хотя бы передышка.
До пульсара было шестьдесят миллионов километров. Диаметр конусов на таком расстоянии составлял почти шесть миллионов километров. Они плясали в небе прямо перед нами.
Температура корпуса повысилась, но в пределах допустимого. Внутреннее энергоснабжение работало, в позиционных двигателях оставалось топливо. Искин был мертв. В нашем распоряжении имелся лишь компьютер, отключенный от искусственного интеллекта.
— Как изменить курс корабля, не имея возможности запустить двигатели?
— Может, начнем выбрасывать мебель из шлюза? — предложил Алекс.
Глава 20
Мы воображаем, будто обладаем некоторой властью над происходящим. На самом же деле все мы плывем среди потоков и водоворотов: они швыряют нас из стороны в сторону, вынося одних на солнечный берег, а других — на скалы.
Тулисофала. Горные перевалы (перевод Лейши Таннер)
Если придерживаться любого разумного определения звезды, Рамзес следовало признать мертвым. Он коллапсировал, раздавленный собственным весом. Его ядерное пламя давно выгорело, но магнитное поле стало в триллион раз более мощным, чем у Окраины или Земли, и извергало бурные потоки заряженных частиц.
Бо́льшая их часть разлеталась от поверхности звезды вдоль магнитных силовых линий, прочь от северного и южного магнитных полюсов. Соответственно, потоков было два, по одному на каждый световой конус. Узкие возле источника, они расширялись по мере того, как уходили в космос. Именно эти потоки, в той или иной степени привязанные к бешено вращающемуся телу Рамзеса, создавали эффект маяка. Но маяк крутился так быстро, что размывались даже лучи света.