Большой дом. Пожар
- Автор: Диб Мухаммед
- Год: 1956
- Язык: русский
- Год: Иностранная литература
- Переводчик: Ольга Владимировна Моисеенко
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Большой дом. Пожар». Краткое содержание книги:
— Этот батрак знает, из-за чего он погиб, — сказал Командир.
«Но все осталось попрежнему, — думал Омар, — попрежнему… Ничто не изменилось, только одним батраком стало меньше на свете. Вот какая она, смерть. И вот кто ее наслал — эти люди, живущие рядом с нами. Что такое смерть феллаха? Мгновенная, резкая боль. И конец. После — ничего нет; а жизнь продолжается попрежнему. К чему все это ведет — жизнь Бни-Бублена и Большого дома, французы и эта смерть?..»
Лежа в траве, он опять невольно погрузился в мысли о смерти. «Великие боги, — подумал он, — вы все знаете; я тоже вижу и понимаю, что мир — странный, простой и суровый, страшный и прекрасный, что он светлый и привычный. Но скажите, что будет дальше?»
В то время как мальчик разговаривал сам с собой, башенные часы Мансуры пробили три раза. Омар подумал, удалось ли господину Маркусу попасть в город в три часа, после несчастного случая.
— Что за привычка у нас, — сказал Командир, — что за привычка выставлять напоказ свои несчастья. Так говорят про нас люди, не желающие никаких перемен. Черт возьми! Чуть только нарушится заведенный порядок, они уже испугались.
Омар посмотрел на Командира и подумал, не испытывает ли подчас чувство непреодолимой усталости старый безногий человек, вросший в эту землю.
Их было восемь или десять человек, сидевших под старой шелковицей, — восемь или десять феллахов и крестьянин, пришедший из Верхнего Бни-Бублена. Откос оврага съедал тень, падавшую от дерева. Было душно, безоблачное небо белело, по мере того как жара овладевала природой. Пробило три часа пополудни.
У их ног извивалась, петляла дорога, исчезая в дрожавшей от зноя дымке. Безмолвные, пустынные поля пылали. На каменистых участках туземных земледельцев щетинились карликовые хлеба.
— Они все высосали из этой земли, — сказал Сид Али, указывая на посевы. — Больше им уже не подняться.
Тут же был и Бен-Юб — крестьянин из Верхнего Бни-Бублена. К нему первому обратился Сид Али. Феллахи ценили внимание, которое им оказал Бен-Юб, придя на их собрание. Он ни на минуту не задумался, когда они его пригласили. Он ответил «иду» и пошел вместе с ними, оставив работу на сыновей.
По дороге феллахи предупредили его, что Хамид Сарадж в Бни-Бублене.
— Мы, деревенские жители, — ответил Бен-Юб, — ценим людей по их знаниям, по их мудрости. Если Хамид Сарадж принадлежит к таким людям, мы скажем ему — добро пожаловать. Такие, как он, никогда не будут лишними среди нас.
Феллахи вежливо приветствовали Бен-Юба. Хамида Сараджа поразила благородная осанка незнакомого ему старика. Он похож на породистое животное, подумал он: такой же сильный и поджарый. Но Сараджа поразила еле уловимая грусть в его взгляде.
— Наши хлеба станут выше, — ответил Бен-Юб, — когда земля не будет так оскорблена.
Тут все разом заговорили. Ба Дедуш вздыхал время от времени. Али-бен-Рабах вставлял замечания.
— Если бы она была живая, как страдало бы ее сердце! — вдруг проговорил Ба Дедуш.
Он обвел взглядом сожженные солнцем поля, местами покрытые плешинами.
— О, как глубоко она страдала бы… — сказал Бен-Юб, качая головой.
— О чем вы говорите? — спросил Слиман Мескин. И все умолкли.
На лице у Ба Дедуша, старейшего, появилась добрая улыбка, но было заметно, что он подавлен. Казалось, он не слышал вопроса.
— Конечно же, она живая! — сказал он. — И страдает! Она должна очень страдать!
Ба Дедуш заволновался; он воздел кверху свои длинные сухие руки.
— Разрешите. — Он засучил до самых плеч широкие рукава своей рубахи. — Я старик и все могу себе позволить; поэтому вам придется меня извинить. Вот что я хочу сказать. Хотя мы и деревенские жители и потому достойны известного сочувствия, презренье буржуа к нам слишком велико, чтобы мы могли вступить на путь дружбы.
Неплохое начало! Что-то будет дальше? Ах, боже ты мой! Уж если Ба Дедуш взялся щеголять редкими словечками, от которых у других феллахов широко раскрываются глаза, то, очевидно, неспроста. Феллахи удивлялись, откуда он их выкопал.
— Ба Дедуш, говори, как простой смертный. Ты же всего-навсего феллах!
Это сказал Бен-Салем Адда, испортив старику весь эффект.
— Господин, здесь присутствующий, — торжественно произнес Ба Дедуш, повернувшись к Хамиду Сараджу, — господин, здесь присутствующий, — буржуа, то есть человек, сведущий во всех науках, несомненно, большой буржуа!..