Большой дом. Пожар
- Автор: Диб Мухаммед
- Год: 1956
- Язык: русский
- Год: Иностранная литература
- Переводчик: Ольга Владимировна Моисеенко
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Большой дом. Пожар». Краткое содержание книги:
— Такова ваша судьба, — заметил Кара, которому надоели речи феллаха.
— Какая судьба? Какая судьба?
— Почем я знаю? Судьба… Одним словом, то, что называют судьбой…
— Судьба тут ни при чем. Случилось это или нет?
— Ладно! Допустим, что случилось.
Кара повысил голос.
Крестьянину хотелось отчитать Слимана Мескина за его болтовню. Это было необходимо! Слиман выслушал его с сокрушенным видом, как оно и подобает феллаху в присутствии важной особы. Другие феллахи, привлеченные этой сценой, наблюдали за ними издали — кто спрятавшись в зарослях камыша, кто из-за ствола дерева.
— Послушай-ка, милейший, — гневно воскликнул Слиман Мескин в ответ на его проповедь. — Перестань вмешиваться в чужие дела, или я вырву у тебя усы!
Он поднял руку и дернул крестьянина за ус, похохатывая при этом самым неприличным образом. Затем еще сильнее дернул его за другой ус и стал кружиться вокруг толстяка. Кара раскрыл рот от изумления. Он попытался внушить почтение нахалу. Как бы не так! Его властный тон не произвел ни малейшего впечатления. Он попробовал ударить. Не тут-то было! Смотря издали на эту сцену, феллахи покатывались со смеху.
— Седой волос Вельзевула! Седой волос Вельзевула! — кричал Слиман. — Я его вырву! Вырву!
Он рассмеялся раскатистым смехом, от которого на лице Кара Али появилось выражение ужаса. Феллахи предпочитали не показываться. Некоторые бросились бежать в деревню, держась за бока. Они спешили рассказать новость.
Наконец Кара Али удалось спастись бегством. Иначе Слиман, по всей вероятности, вырвал бы ему все усы.
— Занимайся своими делами, если не хочешь, чтобы тебе когда-нибудь подпалили бороду! — крикнул ему вдогонку Слиман.
Кара, позабыв достоинство, удирал со всех ног и вскоре скрылся; в последний раз мелькнули его шаровары.
Новость облетела всю округу. Как поступили люди? Они вдоволь посмеялись. Но с тех пор, видя какого-нибудь приспешника властей, они думали: «Погоди, и на тебя найдется управа, и ты встретишь своего Слимана Мескина». И хлопали себя по коленям.
В деревне говорили:
— Только бы Кара не напакостил Слиману Мескину. Тогда уж Слиману не придется хорохориться.
Несколько раз Кара Али пробовал показаться на людях. Но за его спиной неизменно раздавался смех. Когда же он оглядывался — фу ты! — никого. Можно было подумать, что его преследуют насмешками злые духи. Он обращался к феллахам. Те подходили и смотрели ему прямо в глаза. И под конец Кара терял самообладание. Он что-то невнятно бормотал и покашливал: Кха! Кха! Но эти припадки кашля ни на кого не производили впечатления. Феллахи поворачивались к нему спиной.
Господин Кара заявил им тогда, что отныне он будет считать врагом правительства и ислама всякого феллаха, стакнувшегося со Слиманом Мескином.
— Иначе говоря, весь здешний народ! — решили жители Бни-Бублена. — Иначе говоря, всю деревню, не правда ли? Мы не сойдем со священной стези ислама, нет! Но если он желает, чтобы мы стали врагами правительства, ну что же, да будет так, как он сказал.
— Омару надо знать все это, — сказал Командир.
Мальчик лежал у подножия огромного скипидарного дерева, на краю владений Кара. Августовский день, тяжелый, насыщенный ароматами, как бы остановился, слившись с бесконечностью. Дикая мята и душистые травы сохли, лишенные влаги. У этих послеобеденных часов не было, пожалуй, ни начала, ни конца: мальчик уже давно потерял всякое представление о времени. Каждое дерево, каждый камень, каждая складка земли были словно отлиты из металла. Среди этого оцепенения сонной поступью двигался потерявший измерение день. В легкой тени огромного дерева взгляд мальчика искал незримое присутствие смерти.