Джими Хендрикс. Предательство
- Автор: Лоуренс Шэрон
- Год: 2006
- Язык: русский
- Год: It Books
- ISBN: 9780060563011
- Переводчик: Александр Виноградов
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Джими Хендрикс. Предательство». Краткое содержание книги:
Резонируя с непосредственным присутствием и с собственными словами Хендрикса, эта книга - это яркая история молодого темнокожего мужчины, который преодолел свое бедное происхождение и расовую сегрегацию шестидесятых и превратил себя во что-то редкое и особенное.
Шэрон Лоуренс была высоко ценимым другом в течение последних трех лет жизни Хендрикса - человеком, которому он достаточно доверял, чтобы быть открытым. Основанная на их обширных беседах, большинство из которых никогда ранее не публиковались, эта яркая биография позволяет нам увидеть жизнь Джими его собственными глазами, когда он описывает свое суровое детство, его раннюю борьбу за то, чтобы стать музыкантом, и его радость от признания сначала в Британии, а затем в Америке. Он говорит о своей любви к музыке, своем разочаровании в индустрии звукозаписи и своем отчаянии по поводу юридических проблем, которые преследуют его.
Включая основные сведения из более чем пятидесяти свежих источников, которые ранее не цитировались, эта книга также является показательным расследованием событий, связанных с трагически ранней смертью Джими и тем, что произошло с его наследием в последующие тридцать пять лет.
«Я могу представить себе день, когда все материальное будет извлечено из меня, и тогда тем сильнее будет моя душа.» — Jimi Hendrix, лето 1969.
«Неопровержимое, противоречивое чтение» — Mojo
«Отлично читающийся, это увлекательный рассказ о человеке с волшебными пальцами ... который заслужил гораздо больше от жизни.» — Sunday Express
«Лоуренс стремится исправить ситуацию и восстановить истинное наследие Хендрикса .... Исправляя ложь и сохраняя факты, книга Лоуренс становится необходимым дополнением к библиографии Хендрикса.» — Chicago Tiribune
«Лоуренс ... дает представление инсайдера о конце шестидесятых и начале семидесятых. Лучшее это непосредственные воспоминания Хендрикса ... которые раскрывают человеческую сторону музыкального Мессии.» — Library Journal
«Душераздирающая история .. новаторская работа» — Montreal Gazette
«Тесные связи Лоуренс с музыкантом и ее хорошо написанное повествование делают эту книгу желанным дополнением к канонам Хендрикса.» — Publishers Weekly
— Я верю в тебя, ты умница, — сказал он. — Ты понимаешь меня, и мы думаем в одном направлении.
Я отмахнулась — подумала, что говорить мне такие слова вынудило его желание просто выговориться.
— Ну, ладно, ладно, — сказал Джими, — я попробовал LSD ещё в Нью–Йорке, до того как я приехал в Лондон, из–за этой Девон Вильсон.
— А тебе не приходило в голову попытаться не поддаваться искушению? — спросила его я.
— Проклятье, много раз! — вспыхнул он. — Но у меня так сильно стадное чувство!
И, понемногу стихая, начал извиняться.
А потом почти шёпотом с гордостью произнёс:
— Во мне течёт индейская кровь, обе мои бабушки — полукровки–чероки. Об индейских законах рассказывала мне баба Нора. Я помню каждое слово из ею сказанных: "Если ты не сохранишь в себе гармонию, Природа принудит тебя заплатить. Ты не можешь бросать вызов Природе. Ты можешь только уважать её и трудиться в лоне её."
Я чувствую себя больше индейцем, чем чёрным
Майк Джеффери продолжал продвигать своего клиента как "чёрного Элвиса", даже несмотря на то, что хорошо понимал, что Хендрикс был против этого.
— Я не Элвис, а Элвис не я, — сказал он мне, — я давно понял, что Майк далёк от музыки. Я вижу, как он продаёт меня Чалпину, и мне не нужны его советы, когда дело касается расовых разногласий и политики. Он даже не понимает, насколько глуп он.
Джими был всегда осмотрителен в расовых вопросах.
— Я всего лишь музыкант, — часто он говорил мне.
Он не рассматривал себя, как лидера или популярного оратора по случаю”
Когда чёрные воинствующие лидеры из Нью–Йорка и Калифорнии разыскали его, они оказались из тех, кто только много говорит. Джими выслушал их внимательно, только изредка тихо поддакивая этим страстным молодым чёрным, он верил в ненасильственные идеи д-ра Мартина Лютера Кинга Мл. Этого они никак не ожидали от него услышать. Однажды, вспоминая этих чёрных лидеров, он сказал мне:
— Не понимаю чёрных. Я не чувствую их, думаю, больше похож я на индейца. Я всего лишь…
Однако, несмотря на это, он сказал, что у него есть пара идей как помочь чёрному обществу.
— У меня иногда бывают на руках большие суммы денег, и я собираюсь купить в Гарлеме одно из этих ужасных больших зданий и отремонтировать его. Надеюсь, это привлечёт внимание общественности к грязи и нищете улиц, и другие тоже что–нибудь начнут делать. Вместе мы сможем вычистить это гетто. Ты даже не можешь себе представить, в каком состоянии находятся там улицы!
— А где, Джими, где будут жить все эти люди, пока будут ремонтировать эти дома? — спросила я. — Где будут спать дети?
— Они переедут в общежитие на 5–й авеню, а потом вернуться в свои новые дома, — спокойно объяснил он. — Это должно привлечь богатых — если, конечно, бедные будут держать нос по ветру.
Единственное, что имеет значение — это душа
Хендрикс был занят самообразованием и поиском уверенности, ища ответы своею музыкой, которая без этого не могла бы родиться. Он всегда радовался возможности обменяться мыслями о Судьбе и Предначертании и о противостоянии их к человеческим желаниям. Несколько его ближайших "смущательниц" постоянно дарили ему украшенные драгоценными камнями его астрологический знак — Стрельца. Он читал свой гороскоп на будущее и не нашёл ничего достаточно убедительного, во что можно было бы поверить. Он получал письма от одного свихнувшегося на картах таро, с предложением бесплатно разложить их ему. Но что действительно я замечала — это его страсть к цифрам.
Как–то летом он мне сказал:
— Я долго искал книгу по нумерологии. Наконец, нашёл и ношу её в гитарном футляре. Я купил её в Лондоне и хочу, чтобы ты прочла её.
Джими вытащил потрёпанный зачитанный экземпляр одной из классических работ по нумерологии, изданной в начале века.
— Это очень важно. Я уже прочёл её дюжину раз. Тебе стоит почитать её. Думаю, твоя цифра пять.
— Моя цифра — девять, — негромко сказал Джими, как если бы делился со мной каким–нибудь редким и особенным секретом. — Это очень мощная цифра, она таит в себе или большую удачу, или очень большое несчастье. Девятка — это вершина нашего мира.
— Ты на самом деле думаешь, что можно достичь совершенства?
Он кивнул, и его лицо стало серьёзным.
— Даже когда она приносила мне горе, я чувствовал в себе силы двигаться вперёд. Это я о Нью–Йорке, ну и о детстве тоже, конечно. Но я всегда верил, что смогу достичь вершины.