Дочь лжеца [litres][The Liar's Daughter]

Самый сильный человек из всех мне знакомых. Неземное создание, посланник небес растворился в тумане.

От одной мысли об этом я слетаю с кровати, бросаюсь в туалет и извергаю содержимое желудка в унитаз.

Кас входит и протягивает бутылку с водой.

– Спасибо, – благодарно киваю я и отпиваю немного. – Прости за зрелище. И запах.

– Можешь взять мою зубную щетку, – предлагает он.

Я беру себя в руки, тщательно чищу зубы и снова возвращаюсь в постель. Кас гладит меня по руке.

– Щекотно, – комментирую я, начиная проваливаться в сон.

– Как тебе жилось с Джинни? – спрашивает он, прикасаясь к моим волосам.

– Сложно объяснить.

– А ты попробуй. – Он целует меня.

– Сначала она держала меня взаперти, но сейчас немного ослабила контроль. – Я перевожу взгляд на потолок, который усеян коричневыми пятнами. – Кас, меня не оставляет ощущение, что я знаю Джинни. Понимаю, что это неправда. Не может быть правдой… Сама не уверена. – На секунду закрываю глаза, а потом меняю тему: – А ты как? Где сейчас живешь?

– С родителями, помнишь, я тебе говорил? – Он нежно заправляет прядь волос мне за ухо. – В квартире неподалеку от школы.

– Ты посещаешь школу? – Сердце замирает. Хочется расспросить Каса о его родителях, но я не решаюсь. Слишком много информации сразу.

– Ага. Но там очень классно, Пайпер! Конечно, я отстаю почти по всем предметам, но преподаватели мне помогают, а ребята очень поддерживают.

Я перекатываюсь на спину.

– Что-то не так? – тут же настораживается Кас, приподнимаясь на локте.

– Я чувствую, что больше не вписываюсь в твою новую жизнь. – Я сглатываю. – Тебе нравится Внешний мир…

– Ты – моя жизнь, Пайпер. – Он наклоняется и целует меня.

– Возможно, сейчас так и есть. Но что будет, когда ты встретишь кого-то более… более подходящего тебе нынешнему?

Каспиан садится на кровати.

– Хочу показать тебе кое-что, – он закатывает рукав и подносит к моему лицу внутреннюю часть запястья. На коже видна надпись чернилами: мое имя выведено красивыми буквами. – Я сделал татуировку месяц назад. Ты – это навсегда.

Пытаюсь что-то сказать в ответ, но ком в горле не позволяет выдавить ни звука, так что я лишь целую Каса до тех пор, пока голова не начинает кружиться, а наша одежда не оказывается сваленной в кучу на полу.

После этого мы лежим, обнявшись, и я наблюдаю, как засыпает мой любимый. Его дыхание замедляется и становится глубже.

Ко мне же сон не идет.

Через какое-то время осторожно выскальзываю из-под руки Каса, натягиваю футболку и сажусь за стол возле окна. Все ждут, что я просто забуду о семье, будто они являются всего лишь потерявшимися игрушками, которые легко заменить новыми.

Но одних людей нельзя заменить другими.

На восходе легкое похрапывание Каса стихает. Он потягивается и садится. Одеяло падает с обнаженных широких плеч, заставляя меня покраснеть.

– Удалось хоть немного поспать? – спрашивает он.

– Нет.

– Может, попробуешь хоть ненадолго прилечь? Тебе нужен отдых.

– Отдохну после смерти. Сейчас же мне необходимо вернуться домой.