Кавказ без русских: удар с юга

Русское присутствие — этносоциологический аспект

Вопрос русского населения становится обоюдоострым: он находит своё, очень часто неожиданное, продолжение уже в «Большой России». Вытеснение русских с Кавказа сопровождается массовым притоком кавказского населения в другие российские регионы, что вызывает подчас межэтническую напряжённость. Параллельно продолжается экономическое, а порой и политическое выдавливание русского населения из «титульных» республик. Происходит это вопреки специально принятым в ряде регионов — Республика Ингушетия, Республика Дагестан[304], Чеченская Республика — государственным программам по возвращению русского населения[305]. «Внутренняя колонизация»[306] России является логичным продолжением процесса, вызванного оттоком русских с Северного Кавказа. Значение этого процесса нельзя преуменьшать: «Массовый исход русского населения угрожает существованию самой Российской Федерации. Русский народ является государствообразующим народом Российской Федерации, одной из главных скреп, на которых держится российская государственность. К сожалению, этот факт всё ещё не нашёл должного понимания у российского руководства элиты»[307]. Если обобщить фактор русского присутствия в простую формулу, можно сказать, что вместе с русскими из региона утекает государственность.

Ситуация в Чеченской Республике является, пожалуй, самым сложным вопросом. С одной стороны, руководство Чечни во главе с Рамзаном Кадыровым выступает за единство Российской Федерации едва ли не более жёстко и буквально, чем это делает Москва, особенно это заметно в периоды, когда в столице нарастают либерально-западные тенденции. Рамзан Кадыров прямо и недвусмысленно противопоставляет себя московским либералам. Его лозунги: «Наш выбор — навеки с Россией» и «Мы отстояли целостность России» — крайне важны для формирования общественного мнения в государственническом ключе. Кадыров не без основания считает, что именно чеченцы-государственники выступают сегодня главной силой, способной противостоять попыткам Запада развалить Россию, поскольку русские теряют собственную веру и идентичность, часто не способны сопротивляться алкоголизму и разврату. К сожалению, здесь он констатирует очевидные вещи. Рамзан Кадыров высказывается за укрепление вертикали власти и державности России, равноправность Чеченской Республики с другими субъектами РФ и нецелесообразность подписания договора о разграничении полномочий между Федеральным Центром и Чеченской Республикой[308]. Такая позиция Кадырова действительно опирается на поддержку большинства чеченцев, поскольку сторонники сепаратизма и так называемой «Чеченской Республики Ичкерия» уже давно встали на позиции жёсткого исламизма ваххабитско-саудовского типа, нетрадиционного и абсолютно отторгаемого внутри Чечни. Чеченцы, оставаясь мусульманами, отдают предпочтение адату — местным обычаям — перед шариатом, не приемлют исламистского правления и верны суфийской версии ислама. Такова позиция и Рамзана Кадырова. Российская государственность при всех конфликтах ближе чеченцам, чем, скажем, Саудовская Аравия или Пакистан. Об этом неоднократно высказывался и Рамзан Кадыров, заявляя о том, что нигде в мире ислам не развивается так свободно, как в России: «Религия ислам нам говорит — если у вас в государстве вам разрешается строить мечети, молиться, соблюдать обязательные процедуры, вы обязаны защищать это государство и его главу. Если вы, защищая [его], погибните — вы попадёте в рай, вы на пути Всевышнего. Нам кто запрещает в республике строить мечети? Это самое лучшее место мира для мусульман»[309].