Электронная книга - «Назад в прошлое. Между строк (СИ)». Краткое содержание книги:
Но даже осознание этого не может заставить ее открыть фолиант и начать готовиться к семестру. Солнце заливает все жидким светом. И Элизабет смотрит на него сквозь ресницы, развлекаясь тем, как играют радужные лучи. Даже волосы у Седрика кажутся не светлыми, а слегка рыжими от них.
— Что? — усмехается он, когда видит, что Элизабет на него смотрит.
— Ничего, — качает она головой и пожимает плечами. — Просто. Не хочу ничего читать.
— Давай, мисс маленькая Нехочуха, тебе осталось всего-то одно эссе по Чарам.
— Сначала это будет эссе, потом пара никому не известных томов по Истории магии, потом еще что-нибудь, затерявшееся на полке, и я превращусь в ботаника и умру одинокой занудной бабулькой.
— Ничего, я не дам тебе скучать: я решил, что в старости буду занудным дедулькой, — произносит Седрик, не отрываясь от изучения пергамента. Элизабет не понимает, как он может сосредоточиться на учебе в такую хорошую погоду.
— То еще сочетание, — бормочет она. — Два занудных старика. Остается теперь разжиться десятком орущих кошек.
Лизз тянется к тарелке, которая стоит здесь же, рядом с ними, на полу. На дне еще осталось немного печенья. Мама Седрика готовит просто изумительно. М-ммм… Лизз зажмуривается от удовольствия. Печенье просто растворяется во рту, оставляя привкус корицы, имбиря и чего-то еще — сладкого и приятного, чего-то забытого, из детства.
— Ты же сама меня уговорила выделить весь день на просиживание за учебниками и подготовиться по-человечески, — прерывает ее трапезу Седрик.
— Я была глупой, — сокрушенно признается Лизз, еле говоря из-за набитого печеньем рта. — Теперь я сама себя бы не поддержала. Чары — это слишком: столько заклинаний, что они просто путаются у меня в голове. А ты на чем застрял?
— На подробностях того, как лучше резать лягушачьи лапки для заживляющего зелья — вдоль или поперек. Жуть как интересно.
— Зато Снейп от этого пришел бы в экстаз.
Стряхнув крошки, Элизабет сладко потягивается. Солнечное пятно от окна как раз достигло места на полу, где она сидит, и теперь приятно пригревает. Словно кошка, Лизз прищуривается, наслаждаясь жизнью.
Чердак в доме Диггори всегда приводил ее в восторг: в первую очередь, бесподобно уютной косой крышей с огромными окнами по обеим сторонам. В жаркие летние дни, как сегодня, сквозь эти окна солнце буквально заливало небольшое помещение. А в морозные ясные ночи можно было валяться на полу и смотреть на звезды, что они часто делали, когда Лизз ночевала у Седрика, еще до того, как пошла в Хогвартс. А потом, когда он приезжал домой на Рождество, они забирались на этот чердак, украшали окна волшебными гирляндами так, что блики танцевали на стенах. И здесь, подальше от шумного веселья, Седрик рассказывал, что произошло за полгода в школе, хотя писал ей каждую неделю.
— Ну ладно, — прерывает ее мысли Седрик, — раз ты решила сделать перерыв, можешь помочь мне.
Лизз уже начинает квасить недовольную мину, но он поднимает руку:
— В этом году мы сдаем С.О.В., родители настаивают, чтобы я уже сейчас задумывался о будущей профессии, Ж.А.Б.А. тоже не за горами. Так что…
Он протягивает ей кусок пергамента с неровными мальчишескими закорючками.
— Вот пара идей, я их записал.
Элизабет приходится внимательно изучить список. Спустя минуту она с удивлением смотрит на Седрика:
— Министр магии под номером один? Это скучно.
Но Седрик делает вид, что ее слова его не удивили.
— Сед, ну подумай! — настаивает Лизз, и даже поднимается и садится напротив него, скрестив ноги. — Твой отец работает в Министерстве. Ты просто придешь туда и будешь заниматься тем же самым, на всем готовеньком. Разве тебе не хотелось бы попробовать себя в чем-то новом? В чем-то, что ты выберешь сам и решишь всего добиться самостоятельно?
— По твоим словам, я должен уйти из дома и начать карьеру без гроша на улице?
Лизз улыбается:
— Не драматизируй, хотя это отличный сюжет для мемуаров. Прости, но я это вычеркну. Спорт?
— Ну да… — протягивает Седрик с подозрением. Кажется, он уже пожалел, что вообще доверил ей выбор. — Чем тебе не нравится спорт? Я играю в квиддич.
— Квиддич, ну это же несерьезно…
— Конечно, серьезно! Его любят по всему миру, и я могу стать популярным.
— Ну да, можешь, — нехотя соглашается она, — если не хочешь обременять себя интеллектуальной деятельностью, на которую вполне способен. Станешь известным и будешь шевелить мускулами, вместо того, чтобы шевелить мозгами.
Седрик отламывает кусочек печенья из тарелки и кидает в Лизз.
— Ты смеешься надо мной!
— Нет, не смеюсь, — примиряющее поднимает она руки, — ни над тобой, ни над твоими мускулами.
— Ладно-ладно. — Седрик поднимает на нее насупленный взгляд. — Ты не любишь квиддич.
Лизз опускает глаза на листок:
— Аврор? Или лекарь? Это уже лучше. Помогать людям очень благородно.
Но Седрик забирает у нее пергамент.
— И кому я доверился! Ты просто безнадежная идеалистка.
— Мама бы обрадовалась, услышав тебя: хоть кто-то считает так же, как она, — улыбается Лизз, но Седрик успевает прочесть за ее иронией то, что ее беспокоит.
— Вы по-прежнему не ладите?
— Не знаю, часто ей все не нравится, поэтому я поскорее хочу в Хогвартс.
Элизабет снова ложится на ковер. Скоро они снова окажутся в школе. Будут сидеть на их окне и болтать, как сейчас на этом старом чердаке. Каникулы пролетели так быстро…
— Будешь? — Седрик протягивает ей последнее печенье, но она отказывается. Ей просто лень подниматься, хотя печенье было изумительным. Похоже, Седрик тоже так думает: весь подбородок у него в крошках.
— Ну ты и чушка!
Лизз не раздумывая тянется к нему, чтобы их стряхнуть. Смотреть на такое выше ее сил. Но когда она проводит по его лицу, неожиданно что-то начинает трепетать в ней. Кожа Седрика уже не гладкая по-мальчишески, на ней ощущается легкий пушок, грозящий перерасти в настоящую бороду. Но из-за того, что его волосы светлые, это практически незаметно.
Лизз растерянно убирает руку.
— Седрик? А ты уже целовался? — вопрос срывается раньше, чем она его обдумала.
— Что?
Лизз невозмутимо смотрит в ответ. Седрик нормально относился к подобного рода вопросам. И потом, они же друзья. Он и раньше рассказывал ей о том, что ходил на свидания. Что здесь такого? Они постоянно обсуждали романтические подробности. Она знала, что Лаванда забрасывает его записочками, и что у него была пара свиданий с Клариссой Кросс. Но что-то в ней говорит, что она хочет знать больше.
— Расскажи мне.
У Седрика появляется морщинка недопонимания между бровей.
— Ты же знаешь. Я тебе рассказывал.
Лизз отодвигает тарелку и падает на ковер в солнечный свет.
— Хочу подробнее.
— На третьем курсе с Клариссой.
— Как это было? — поднимается она на локте.
Седрик усмехается, вспоминая.
— Да нормально, в общем-то. Мы просто целовались.
— Мальчишки никогда не умеют рассказывать, — разочарованно протягивает Элизабет.
Ей было тепло и уютно здесь с ним. Но почему-то к ней закрадывается мысль, что когда они окончат школу и вырастут, то, возможно, не будут общаться так же, как теперь. Обзаведутся семьями. И у нее, и у Седрика появятся дети. И вопросы о том, как он целовался с Клариссой, будут совсем неуместными…
Ей не по себе от собственных мыслей. Элизабет пристально смотрит на Седрика, который снова углубляется в учебник.
— Седрик, ты же все равно будешь любить меня?
— О чем ты?
Наверняка, Седрик думает, что сегодня она сошла с ума и задает совершенно глупые вопросы. Ну и ладно. Ей очень нужно знать ответ.
— Когда найдешь себе девушку? Ты же все равно будешь меня любить?
— Если ты будешь называть меня чушкой, то нет, — Седрик едва ли на нее смотрит. И это ее почему-то огорчает.