Тром

– Я тебя понял. Прости, Дарет. Я вижу, что ты уже стал зрелым мужчиной, который вправе сам принимать все решения. Твой отец гордился бы тобой.

– Спасибо, – ответил Дарет.

Спустя еще немного времени, Зор разбудил Терека и своего сына. Они все направились к скалам. Дарет нашел то самое место, откуда еще совсем недавно он спустился. Привалов не делали, ели на ходу, сидя в седле. На крутых подъемах или спусках вели лошадей за поводья. Шли в тишине. Даже Грэз и Терек перестали болтать, изнуряя от усталости. Но они старались этого не выказывать, чтобы их никто не мог упрекнуть в самовольном решении идти без отдыха отдельно от всех тромов.

Когда солнце начало садиться, Дарет снова объявил привал.

– Я думал, ты уже не скажешь этого! – устало пробормотал Терек, сполз из седла и без ужина тут же заснул.

– Костер разводить нельзя, чтобы не выдать себя. Будем спать по очереди. Я обычно очень поздно засыпаю, поэтому первым дежурить буду я. Я надеюсь, что с тромами все хорошо, – сказал Дарет Зору.

– Долго еще до Темного леса, о котором ты говорил? – спросил его Зор.

– Не сбавляя темп, скалы мы пройдем еще за один день. Я надеюсь на это. Дорогу я помню. И около дня нам понадобится, чтобы пройти каменистое поле, на территории которого была заточена Зарина. Если собиратель делает привал чаще, чем мы, у нас есть шансы догнать их.

– Знаешь, – робко сказал Грэз отцу, – а я скучаю по маме и по сестре!

– Да, я тоже, – согласился отец и обнял его. – Мы еще никогда так надолго не расставались. Да мы никогда не расставались!

Дарет улыбнулся.

– Я тоже скучаю по своим родным, – с улыбкой сказал он. – Мой отец, тот, который меня вырастил, человек, он бы тебе понравился! Он очень добрый. Я рад, что именно он меня воспитал. Я очень скучаю по сестренке. Ее зовут Шерен. Когда каждый день живешь с родными, не осознаешь, насколько они тебе дороги. И да, я тоже скучаю по маме… Столько неожиданных событий произошло, что я даже не успел должно оплакать ее.

– Если все пройдет удачно, я обязательно хочу побывать на могиле твоих родителей и почтить их память, – с уважением сказал Зор.

Он вместе с сыном прилег и заснул, а Дарет, погруженный снова в свои размышления, сидел еще долго, пока луна ярко не осветила небо. Когда же он почувствовал, что дремота начинает им овладевать, он разбудил Зора. Тот перенял дежурство, и Дарет проспал до самого рассвета.

На рассвете они доели остатки еды и отправились в путь. Когда они перешли самую высокую точку скал, Зор остановился, завороженный увиденным. Далеко впереди на горизонте он видел огромное темное пятно, как он понял – Темный лес. Но то, что находилось выше, не поддавалось никаким объяснениям. Высоко под облаками он увидел землю. В воздухе нависла огромная территория. Было не разобрать, что это именно и из чего оно состоит, но Зор знал – это Верхняя Долина.