Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]
- Автор: Блейк Сара
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Синдбад
- ISBN: 978-5-00131-351-9
- Переводчик: Юрий Яковлевич Гольдберг
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]». Краткое содержание книги:
1935 год. Китти и Огден Милтон на вершине счастья – они молоды, красивы, любят друг друга, у них прекрасные дети… Но идиллию разрушает трагедия – в результате нелепой случайности пятилетний сын выпадает из окна их квартиры на четырнадцатом этаже.
Пытаясь как-то отвлечь Китти, Огден покупает остров Крокетт-Айленд с большим красивым домом на нем. Здесь все дышит покоем и безмятежностью. Этот дом станет родовым гнездом Милтонов. В нем вырастут их дети, а затем и внуки…
В начале нынешнего века финансовое положение уже не позволяет третьему поколению семьи владеть островом и домом. Начинаются разговоры о продаже. Эви Милтон отправляется на остров, чтобы попрощаться с домом, в котором провела так много счастливых дней. Ее случайная находка приведет к крушению мифа о безукоризненных Милтонах, столпах американского общества.
А в один из вечеров они устроились в конце узкого коридора рядом с главным читальным залом библиотеки и загородили проход. Их было двенадцать, и они стали в круг, словно обнявшись, спиной к Реджу. Этот парень стоял в центре, задавая тон и ожидая реакции певца. Он встряхивал головой и издавал ноту за нотой, а солист снова и снова пытался повторить их. Так, словно кивало его тело, когда солист не фальшивил. Вот оно.
А потом он отступил назад, остальные образовали полукруг и замерли в ожидании. Он еще раз кивнул, и на волне мужских голосов к куполу взлетела «Миссисипи». Редж остановился в тени портика, слушая, как поют одиннадцать белых мужчин, рассказывая о Юге, о воображаемом Юге с его черными и хлопком, и их голоса исполнены печали, но не ужаса. Прошлое, трагедия на театральной сцене, далекая, как сама мысль об ужасе, – то, что они могут представить, но не носят внутри. И этот парень, их руководитель, возводил гармонию, словно каменщик стену, нота за нотой, пока они не добрались до финальной, одинокой и чистой, и все части песни наконец объединились в этом последнем слове.
Тогда Редж повернулся и зашагал через библиотеку, мимо людей за длинными столами читального зала, мимо библиотекарей, и вышел в заднюю дверь. В тот момент он ненавидел их всех, этих парней, которые думали, будто что-то понимают, потому что поют эту песню, потому что знают ноты.
Хотя та нота, последняя, в которой слились все двенадцать голосов, была прекрасна.
Это он, их руководитель, понял Редж, когда они с Леном начали проталкиваться через толпу вспотевших мужчин и раскрасневшихся женщин; он ходит по прокуренной комнате с бутылкой и пластиковыми чашками. Повернувшись, он заметил их.
– Боже правый! – удивленно воскликнул Мосс. – Тот фотограф.
Редж вздрогнул.
– И Леви? – Мосс перевел взгляд на Лена. – Лен Леви?
Он поставил бутылку на стол и пожал Лену руку.
– Замечательно! – воскликнул он, снова повернулся к Реджу и протянул руку; он был явно заинтригован.
– Мосс Милтон, – представился он. – Твое лицо мне кажется знакомым.
– Редж Полинг. – Редж пожал протянутую руку.
– А ты, случайно, не учился в Гарварде?
– Учился, – ответил Редж.
– Выпуск пятьдесят третьего года? – Лицо Мосса расплылось в улыбке.
Редж кивнул и улыбнулся ему в ответ.
– Я тоже, – сказал Мосс. – Провалиться мне на этом месте.
Все трое умолкли.
– Ну ладно, что вам принести выпить?
– Мне пива, – сказал Лен.
– Два, – поддержал его Редж. – Как минимум. Каждому.
– Легко, – отозвался Мосс и пошел на кухню.
«Провалиться мне на этом месте», – снова подумал он, открывая холодильник. Вот почему в тот день в «Белой лошади» ему показалось, что он знает этого парня. Редж Полинг был одним из немногих чернокожих на их курсе в Гарварде и отличался молчаливостью. Все его называли нелюдимым. Но теперь Мосс видел, что нелюдимым он был, наверное, потому, что никто с ним не говорил, – потому, что и рука, которую он только что пожал, и его глаза говорили о силе, любопытстве и открытости. В зеркале над мойкой он видел, как Лен качает головой в ответ на какую-то реплику Реджа, и было очевидно, что они легко понимают друг друга без слов. Мосс отвел взгляд.
Когда он вернулся с пивом, с новыми гостями беседовал Прес Банкрофт, под курткой которого выпирал наметившийся животик. Он работал в банке «Милтон Хиггинсон» и воображал себя писателем, потому что сразу после окончания Йеля опубликовал роман. Его второй роман был на редактуре в издательстве «Хотон Миффлин», в котором работал и Редж Полинг. Мосс никогда не приглашал Преса на свои вечеринки, но тот неизменно являлся.
– Погано выглядишь, Леви, – говорил Банкрофт. – Слишком много работы?
– Точно, – бесстрастно ответил Лен и взял у Мосса пиво.
– Везет, – сказал Банкрофт и отпил глоток из своего стакана.
– Готов поспорить, ты считаешь себя образцово воспитанным, Банкрофт, – заметил Леви.
– Да, я образец хороших манер. – Банкрофт улыбнулся.
– Чья это резолюция? – вмешался Редж.
– Ишь ты, «резолюция». – Прес посмотрел на него. – Молодец, Полинг, хорошо владеешь словом.
– У меня много талантов, – спокойно ответил Редж, прихлебывая пиво.
– Ну и парня ты привел, – фамильярно сказал Прес, поворачиваясь к Лену. Тот ничего не ответил.