Замок скрестившихся судеб
- Автор: Кальвино Итало
- Год: 2001
- Язык: русский
- Год: Издательство «Симпозиум»
- ISBN: 5-89091-128-7
- Переводчик: Наталия Александровна Ставровская
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Замок скрестившихся судеб». Краткое содержание книги:
Составление, перевод с итальянского и комментарии Натальи Ставровской.
Художник Михаил Занько
— Какой там Рай? — прогремел над лесом в небесах Апостол Петр, восседавший на престоле, — Для этого врата наши закрыты раз и навсегда!
То, как выкладывал рассказчик следующую карту, — быстрым жестом, но прикрыв ее и заслоняя другой рукой глаза, — подготавливало всех нас к неожиданной картине — той, что предстала перед ним, когда, переведя свой взгляд с грозного предела на ту даму, в чьих объятиях лежал он, воин в обрамлении латного нашейника вместо лукавых ямочек и вздернутого носика воркующей голубки увидел частокол зубов без десен и губ, дыры ноздрей в кости, желтеющие скулы черепа и ощутил, что приникает к членам трупа.
Леденящее душу явление Номера Тринадцать Старшего Аркана (подпись «Смерть» отсутствует и в тех колодах, где подписаны все прочие фигуры) разожгло во всех нас острое желание узнать, чем кончилась эта история. Что означала следующая таро, Десять Мечей, — преграду из архангелов, не допускавших окаянную душу на Небо? А что — Пятерка Посохов? Опять дорогу через лес?
Тут столбик карт сомкнулся с Дьяволом, положенным предшествующим рассказчиком.
Не долго мне пришлось гадать, чтобы понять: из леса появился тот самый жених, которого так опасалась мертвая невеста, и был это не кто иной, как Вельзевул. Воскликнув: «Ну, милая моя, довольно подтасовок! Двух ломаных грошей (Двойка Динариев) не стоят все твои доспехи и оружие (Четверка Мечей)! — он утащил ее с собою прямиком в тартарары.
Повесть об осквернителе могил
Ещё не высох на спине моей холодный пот, а уж пора было внимать еще одному сотрапезнику, в ком квадрат Смерть, Папа, Восемь Динариев и Двойка Посохов, похоже, пробудил иные воспоминания — судя по тому, что он окидывал его и так и этак взглядом, выворачивая шею, будто не знал, с какой стороны подступиться. Когда левей он положил Пажа Динариев с таким же вызывающе дерзким, как и у него, лицом, я понял: и ему охота рассказать свою историю, начало коей сообразно этим картам.
Но что могло быть общего у этого насмешливого малого и мрачного царства скелетов, о котором нам напомнила Тринадцатая карта Старшего Аркана? Конечно, этот не из тех, кто любит бродить, объятый думами, по кладбищам, туда могло его привлечь, пожалуй, лишь стремление каким-то образом обогатиться — например, вскрывая могилы и воруя у покойных ценности, которые те имели неосторожность взять с собой в последний путь…
⠀⠀ ⠀⠀
Великих Мира Сего предают земле обычно вместе с атрибутами их власти — золотой короной, жезлом, кольцами, облачением из сверкающих пластин. И если юноша был в самом деле осквернителем могил, то он наверняка искал известнейшие из захоронений, например, могилу Папы — ведь верховные жрецы уходят в мир иной при всех своих регалиях. Должно быть, вор безлунной ночью, использовав как рычаги Два Посоха, поднял тяжелую крышку гробницы и проник в его могилу.
А дальше? Рассказчик положил Туз Посохов и поднял руку, будто бы изображая нечто растущее; на мгновение я усомнился, не ошибся ли в догадках, — настолько этот жест казался несовместен с погружением расхитителя в могилу Папы. Если только не предположить, что из гробницы, едва сняли крышку, стало быстро расти дерево и выросло прямое, высоченное, и вор вскарабкался — или был поднят некой силой меж ветвей — на самый верх его, в густую крону.
Хоть и был он, безусловно, негодяем, но, ведя рассказ, к нашему счастью, не просто добавлял одну таро к другой (а клал он по две карты столбиком, наращивая вправо два горизонтальных ряда), но и помогал себе скупыми жестами, немного облегчая нам задачу. Так мне удалось понять: Десяткой Чаш хотел он обозначить вид на кладбище с верхушки дерева — ряды надгробных плит на пьедесталах вдоль аллей. А картой Ангел, или Страшный Суд (где ангелы вокруг небесного престола играют зорю и могилы разверзаются), хотел, возможно, просто подчеркнуть: смотрел он на могилы сверху, как обитатели небес в Великий День.
Взобравшись, как мальчишка, на верхушку дерева, рассказчик наш попал в висячий город. Так истолковал я старшую карту Старшего Аркана — Мир. В этой колоде на ней изображен город, плавающий то ли на волнах, то ли на облаках, который поднимают два амура. Крыши его задевают небеса подобно представленной на следующей карте Вавилонской Башне.