Итальянское вино или скандинавский плащ (СИ)
- Автор: Grafonorojdennuy
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Итальянское вино или скандинавский плащ (СИ)». Краткое содержание книги:
В конце концов, Родриге Сориано, обессиленный и измученный, валится в его объятия. В нем нет желания сопротивляться, а потому Джасперу ничего не стоит обласкать его тело снова, снова прижать его к постели и, игнорируя вялые попытки бунта, снова заставить возбудиться. Ему понравилось это представление, он с удовольствием посмотрел бы на него еще раз, но, увы, — между великолепной маской и человеком его душа выбирает второе. Родриге стонет от отчаяния под его губами и пальцами.
— Это ты так оплакиваешь свою невинность? — криво усмехается капитан.
— Нет, свою честь, — сипит «аптекарь», страдальчески жмурясь. — Ты, bastardo insidioso, будешь гореть в самом жарком из котлов Ада в наказание за блуд, лицемерие и поклонение темным чародейским наукам. А я… я буду рядом с тобой, потому что посмел твоему чародейству поддаться.
«Слишком много ненужного пафоса, милый», — думает Джаспер и припадает поцелуем к чуть подрагивающему кадыку.
— Ты же уйдешь, mio capitano, — шепчет Родриге. — Уйдешь, я знаю, и даже не оглянешься назад, не попрощаешься со мной взглядом. Я-то нужен тебе так, на одну ночь, не правда ли? Я — дополнение к коллекции, игрушка, любимая лишь за то, что она новая. Необычная. Яркая… Ох, знал бы ты, как я тебя ненавижу.
— Знаю, — не меняясь в лице, говорит Джаспер. — За последние полчаса ты неплохо мне это вдолдонил.
— А ты смеешься, — с горьким хохотком замечает Родриге. — Смеешься! Тебе все в этой жизни смешно. Потому что эта жизнь — твоя. Ты, il favorito del destino, даже усилий никаких не прикладываешь, чтобы понравиться кому-либо — тебя хотят все и каждый, просто потому что ты — таков, каков есть. Повсюду ходят мужчины моложе, сильнее, красивее — и все они бессильны сравниться с тобой даже в малом. Не надо было мне приходить в то кофе. Не надо было говорить с тобой, ложиться с тобой в постель. Не надо было поить тебя чаем!..
— Вот эт самая главная трагедия, — фыркает Джаспер.
Родриге бьет его по плечу, но не сильно. Знойный смуглый итальянец покорно расслабляется в его руках, вытягивается перед ним на подушках. Джас готов любоваться им, упиваться им вечность — но он не будет. Потому что…
— Что я для тебя? — тихо выдыхает Родриге. — Одно из блюд, верно?
— Нет, — спокойно улыбается капитан. — Ты для меня, как вино. Насыщенное дорогое вино с лучших виноградников юга. Без него моя жизнь невозможна, невыносима. Без него праздник — унылая скука. Без него нежно-лиловый вечер наедине с сердцем — ничто, amore. — Он берет теплую руку и покрывает ее влажными поцелуями. — И все же оно бывает не только желанным, но и полезным. Для пищеварения, к примеру, — и это определенно влечет меня больше прочего. Я — совсем не тот ветренный дуралей, что завоевывает внимание прекрасного мужчины только для того, чтобы прокувыркаться с ним в постели всего лишь одну жалкую ночь. А ты — слишком умный человек, чтобы нести такую ахинею и уж тем более на полном серьезе в нее верить. Проклятье! Мы почти ровесники, дружище! У нас дети, племянники, внуки… Работа. Связи. Проблемы… схожего свойства. Ты всерьез думаешь, что я здесь только из-за твоей задницы в вельветовых брюках?
Томная уверенность Родриге дает брешь. Аккуратно выщипанные брови чуть сходятся на тонкой переносице. Этого мало, чтобы заглушить дурманящие винные пары — его итальянец слишком страстная натура, чтобы сдаться так просто.
— И каким я буду в твоем списке? — приподнимает он острый подбородок. — Четвертым? Пятым? Шестым? Сколько таких, как я, Джаспер? Скольким ещё несчастным ты говорил то же самое?
— Про внуков и работу? — хмыкает капитан. — Одному — брату. Правда, там контекст был совсем другой. Джими придерживается традиционных взглядов на мораль — инцест не в его вкусе.
— Опять смеешься, — с отчаянной усталостью вздыхает Родриге — но в его голосе впервые проскальзывает театральная фальшь. — А, между прочим, я серьезно. Как мне мириться с такой нешуточной?..
— Конкуренцией? — игриво поднимает брови Джас и оставляет цепочку коротких поцелуев на загорелом бедре. — Просто. Просто знай, что для меня каждый мой любовник важен. Как когда-то очень точно сказала одна из моих девчонок, меня хватает на всех. Я принадлежу вам — каждому из вас. Умей отпускать меня ненадолго, будь терпеливым и можешь быть уверен — я к тебе вернусь.
Бархатные карие глаза вспыхивают золотом, и капитан ложится «аптекарю» на грудь. Она теплая и мягкая, прямо как руки, что сейчас оглаживают его спину. Приятная дрожь скользит по позвоночнику при виде твердой покрасневшей плоти. Во рту сохнет от сладостной жажды.
— Слова, слова, — небрежно отмахивается Родриге, скрывая за отстраненным тоном подспудное неверие и безбрежное желание. — Докажи мне это делом.
Капитан ухмыляется и одним резким, но грациозным движением садится на него сверху. Проводит широкой ладонью по безволосой груди. Кривит губы в ухмылке, облизывая их высохшим языком.
— Я ваш душой и телом, — хрипит он, склоняясь к чувственному, вытянувшемуся от удивления лицу. — Вы — друг моего брата, вы — часть нашей семьи, и вы нам невероятно дороги. Заучите это хорошо, синьор. А пока… обнимите меня. Обнимите — и делайте все, что только пожелаете.
Шелковая перина принимает его в свои недра с нежностью морского прибоя. Смех сам собой вырывается из груди. Родриге Сориано нависает над ним, оголодавший и шальной. Его кожа сейчас — цвета кофе с вишневым джемом, а губы на вкус, как дорогие пряности. Они определенно ещё свидятся вновь и не раз.
Ведь жизнь без вина — скучна донельзя.
Гримм замер на кровати, как птица, которой обрубили крылья. Его жилистая костистая фигура белой тенью легла на весь матрас. Джаспер затягивается от трубки, поглядывая на него в скупом отражении прозрачного стекла. Холод из приоткрытого окна пускает мурашки по телу. Ребра и щека ноют — обезболивающее заканчивает свое действие. Его слегка подташнивает.
— Значит, все в обезьяннике, — хрипит Гримм, резюмируя его слова.
— Угу, — кивает Джаспер, выпуская из груди густой белый дым. — Все до одного. И по делом уебкам.
Гриммар отвечает удовлетворенным молчанием. Он терпеть не может зажравшихся богатых молодых ублюдков — во многом из-за того, что долгое время жил в бедности и богатство в принципе его отвращает. Но и потому, что чувство справедливости ему все же присуще. Он суров, как природа на его далекой родине, стоек, как скалы, и опасен, как море. Он — потомок викингов, чей дар — сила. Закон их прост — огонь и железо. Джаспер возвращается к кровати.
— А что за вопрос с выходными? — хмурится он, сплевывая горькую слюну в чашку. — Я на работе был.
Гриммар отворачивается. Его щеки чуть краснеют, и Джас понимает все. Вытянувшись на матрасе и подложив под голову руку, он затягивается ещё.
— Какая мразь наболтала? — с кривой улыбкой спрашивает он.
— Моя, — бурчит Гримм в смятое одеяло. — Что в башке.
Капитан хмыкает. Серовато-белые кольца улетают под грязно-синий потолок. Отвратные обои, надо как-нибудь переклеить. Гримм заартачится, конечно, но он придумает че-нить. Да хоть бутылку с пивом кинет или там…
— Ты заебал уже, — лениво тянет Джас, наконец. — Твой я. Знаешь же, что твой.
— Ага, знаю, — морщится Гриммар.
И заползает к нему на грудь. Жесткие волосы щекочут шею, и Джас фыркает. Обнимает худое тело одной рукой, прижимая к себе покрепче. Ледяной ветер облизывает их с головы до пят, но им плевать — Джас слишком разгорячен, а Гримм любит холод. Охотник целует его руку.