(Само)обман (СИ)

Правда, Ань Цяна на тот момент все эти глупости волновали мало; его единственной проблемой было то, что прекрасная юная дева отвергла его ухаживания самым ужасным и оскорбительным образом. Впрочем, ничего удивительного в этом нет — с такими-то воспитателями; от одного воспоминания об этом брызжущем ядом во все стороны одноглазом мужике в черном оторопь берет… Но менее обидно от этого не становится. И дня не проходит без воспоминаний о разгневанном лице А-Цин, быстром ударе кулаком в челюсть и тут же последовавшем за ним коленом между ног. А уж такой отборной брани он в жизни не слышал!

— Я просто спросил, не подумайте ничего дурного, — возражает Ань Цян. — Может, у вас есть что-нибудь подходящее?

Сун Лань долго молчит, рассматривая свое трепещущее отражение в пиале с чаем. Наконец он спрашивает:

— А этот «маяк» как должен быть задействован в ритуале?

— Да никак, в общем-то. Просто нужно быть с ним в контакте, чтобы настроиться на энергетический отпечаток, — Ань Цян говорит это как можно более простодушным тоном, скрывая свое ликование. Кажется, у него получилось навести этого хмурого заклинателя на нужную мысль! Господин Цзинь рассказал, что даочжан Сяо Синчэнь потерял свои глаза, отдав их своему другу. Лучше «маяка» и не придумаешь, но, ясное дело, Сун Лань посчитал нужным уточнить, не придется ли с ними расстаться, чтобы поисковая техника сработала.

— Если ритуал будет проведен верно, то вы сможете определить по карте, где в этот момент находится тот, кого вы ищете, — потратив изрядное количество времени на рисование всех нужных символов (на заучивание которых ушла неделя, не меньше!), продолжает объяснять Ань Цян. — Но, конечно, если вы будете далеко друг от друга, нельзя быть уверенным, что этот человек будет там же, когда вы туда придете… Но хотя бы какая-то зацепка, верно?

Сун Лань едва приподнимает уголок губ, видимо, соглашаясь с этим утверждением.

— А в следующее новолуние можно будет повторить поиск?

— Именно так! — кивает Ань Цян.

— И какова цена за это?

— Вы можете оплатить мой чай, если хотите, — улыбается юноша, кивая в сторону своей пустой чаши.

— За свой чай вы можете не беспокоиться, юный господин, — позволяет себе вымученную улыбку Сун Лань. Кажется, это ему дается невероятными усилиями, словно он уже давным-давно ничему не улыбался. Даже становится немного его жаль.

— Но я должен вас предупредить: плата есть и у самой техники. Каждый раз, когда я ее использую… — начинает Ань Цян, и делает драматичную паузу. — Мне очень больно. В первый раз я даже потерял сознание на несколько дней и ничего не успел узнать. В моей семье старшие заклинатели с опытом научились справляться с этим, но у меня пока что никак не выходит, — он виновато улыбается и, словно испытывая величайший стыд, закачивает: — Надеюсь, вы не станете думать обо мне хуже, что я предпочел вам рассказать, как проводить ритуал, а не сделал все сам.

Он ни в коем случае не стал бы использовать подобную технику, зная о таком откате. И если честно, с болью никто не научился справляться, бывали даже случаи, когда при недостатке духовных сил заклинатели умирали от болевого шока, и именно поэтому этот ритуал практически канул в небытие. Мало кому захочется добровольно себя истязать, по крайней мере, Цзиням точно подобное не по нраву. Но другие, вроде этого Сун Ланя, вполне могут себе позволить, если сильно нужно. Поэтому о последствиях стоит предупредить, чтобы собеседник не бросил свои поиски после первой же попытки, решив, что ритуал прошел неправильно.

— Боль как плата? Что ж, иногда это оправданно, — тихо хмыкает Сун Лань, не осуждая юного заклинателя за малодушие.

Он рассматривает бумагу, испещренную вязью иероглифов и символов. Его взгляд прикован к подсыхающим чернилам, теперь в его глазах явственно плещется надежда.

— Я надеюсь, ваши поиски увенчаются успехом и вы вновь обретете своего друга, — говорит на прощание Ань Цян, кланяясь в почтительном жесте.

И, глядя вслед фигуре в черных одеяниях, он чувствует легкий укол совести из-за того, что намеренно не упомянул еще об одной детали забытой техники. Боль будет испытывать не только тот, кто проводит ритуал, но и тот, кто является целью поисков. Ведь эта техника использовалась исключительно для поимки беглых преступников, на чьи телесные страдания всем глубоко плевать. Но, наверное, это не так уж и важно? Даосы привычные.

========== Экстра 3.4 ==========

В первый раз это случается за пару недель до окончательного ухода из города И.

— Да вы издеваетесь! — стонет А-Цин, стуча кулаком в стену.

Нет, она прекрасно в курсе, чем периодически занимается ее семейство, оставаясь наедине, но обычно они стараются не оповещать об этом все окрестности. Однако сейчас кому-то (несложно догадаться, кому именно) хватает наглости вопить во все горло. Да что там такое творится, чтобы так голосить?