Первое дело Еремея
- Автор: Щепетнёв Василий Павлович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Первое дело Еремея». Краткое содержание книги:
И если бы только они...
Мохнатая лапа двинула бойца мыслителя на два шага вперёд. Посмотрим, насколько прав рабби Блюменталь. Он, чувствуя, как вспыхнул факел за его спиной, не торопясь, напустив на себя всю имевшуюся в распоряжении уверенность (намного и призанял, сколько её было, уверенности, на самом донышке) — двинул вперёд бойца факельщика.
Чёрная вдова даже шипеть стала иначе. И пахнуть.
Она быстро двинула вперёд на два шага героического бойца. Еремей ответил шагом своего. Вдова поставила в ряд бойца заклинателя. Пока дело шло так, как и предвидел рабби Блюменталь.
Глава 12/7
12/7
Он не смотрел на супротивника, опасаясь, что тот, вернее, та, прочтет в глазах Еремея его мысли.
Ничего, двадцатый съезд — свинья не съест. Поговорка седой древности, с годами утратившая смысл, но неизменно действующая ободряюще.
Шаг вперёд. Шаг назад. Шаг в сторону. Он маневрировал всадникам, следуя плану Блюменталя.
Но вдруг паук сделал иной выпад, не предусмотренный планом.
Что ж, рано или поздно подобное должно было случиться. Рабби предупреждал, что план не догма, держаться слепо за него не стоит. Хорошо, и то, что поредели ряды бойцов поровну — сколько пало у него, столько же и у паука. Прояснилось на поле сражения.
Но паук-то мастер Раа. Ему и оставшихся сил довольно, чтобы прорваться к мыслителю Еремея. Прорваться и убить. Поле Раа заволокло туманом, сквозь который проступало другое поле — бескрайнее, поросшее высокой травою, пахшее и горько и сладко одновременно. И в бескрайнем поле видел он бескрайнее войско всадников, что неслись на него верхом на диковинных животных. Кони, пришла догадка, вот какие они, кони! Кони скакали быстро, но ещё быстрее выпускали стрелы всадники, и было стрел так много, что они заслоняли солнце. Всё ближе и ближе всадники, вот уже видны их узкие раскосые глаза, жёлтые лица. Убрав луки, они обнажили кривые сверкающие мечи, и блеск их ослеплял! «Раа! Раа!» — кричали они. Крик этот означал «Смерть мыслителю!».
Страшно?
Но Еремей не оглядывался — знал, что позади него тоже войско. Христово войско. Главное — не дрогнуть, не побежать.
Наваждение рассеялось. Никак, паучьи чары? Позвать почтенного Рэндольфа, пусть требует справедливости?
Но отчего-то показалось, что паук этого и ждёт. Докажет, что нет вины его в том, что Еремею мерещатся напасти. И тогда от факела останется разве головешка.
Он разозлился не на паука — на себя. Блюменталь помог, но не будет же он сражаться вместо Еремея, думать вместо Еремея, жить вместо Еремея! Ничего не потеряно, напротив, главное, действительно, не дрогнуть. Чего это он пасует перед пауком. Он же не муха. Он… Он шмель! Мохнатый шмель!
Странно, но Еремею сразу стало легче. Он и в самом деле почувствовал себя большим шмелём, которому все пауки Мира не больше, чем досадная помеха.
Он посмотрел на поле боя внимательно, чувствуя каждую его пядь, ощущая каждого бойца.
Сеча? Будет вам сеча!
Паук бросал своих бойцов вперёд, безжалостно, смело, не считаясь с потерями он пытался смять, порвать ряды Еремея. Но Еремей отвечал выпадом на выпад, ударом на удар. В битве гибли огнеметатели и всадники, заклинатели и герои, а уж бойцов и не счесть.
Когда пыл битвы рассеялся, на поле остались только мыслители. Мыслитель мыслителю глаз не выклюет, таков закон Раа. Оба факела погасли одновременно. Принудительный Мир вследствие обоюдного истощения сил.
Паук шипел особенно мерзко, но Еремей и тут удержался, не посмотрел на него.
Незачем. Ещё не время. Придёт срок, и, как знать, какой будет следующая схватка, ментальная или рукопашная.
Он пошёл в свой сектор — и только тут почувствовал, как устал. Его шатало, он еле стоял на ногах, казалось, ещё шаг — и он упадет.
Выходит, ментальная битва стоит рукопашной.
Нельзя ль ускользнуть назад, в покои? Он оглянулся, нет ли поблизости Рэндольфа. Но распорядитель был занят у места сражения Тёмного Мастера C’Видлера. Он и распорядитель-паук попеременно взывали к стрекозе, которая кружила над ними.
Еремея повёло в сторону, и, чтобы не упасть, он опустился на одно колено. Ого! Или это все-таки действуют, пусть и запоздало, паучьи чары?
Нет, вряд ли. Во всяком случае, Еремей не чувствовал внешних сил. Просто усталость. Ничего даром не даётся, не дался и принудительный Мир.
А все-таки здорово, что удалось избежать поражения. Хоть немного, а помог Миру удержаться на своей ступени.
Над полем боя уже кружилась не одна стрекоза — три, что-то там происходит необычное. Но подойти просто не было сил. К тому же он не знал, допустимо ли находиться у площадки кому-нибудь, кроме распорядителя.
Похоже, нельзя. Герцог, утирая пот со лба, подошёл и присел, подвернул под себя ноги особым манером.