Канун трагедии: Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 — июнь 1941 года

Молотов ответил на все запросы Майского только 11 ноября. «В связи с Вашими беседами, — писал нарком, — с Черчиллем, Иденом, Эллиотом и др. о желательности улучшения англо-советских политических и торговых отношений, Вы можете заявить при случае, что советское правительство сочувствует их желанию, но так как теперешнюю политику Англии определяют не указанные лица, то СССР не видит сейчас благоприятных перспектив в этом деле. Факты же в действительности таковы — британские власти занимают в отношении СССР враждебную позицию. Это видно во всех концах Европы, от Скандинавии и особенно от Финляндии до Балкан и Ближней Азии, не говоря уже о Дальнем Востоке». Поэтому, по мнению Молотова, для улучшения отношений Англии необходимо изменить свою политику в лучшую сторону[334].

Следуя этим указаниям, уже на следующей встрече с Черчиллем Майский подчеркнул недружественный характер политики британских властей по отношению к СССР. Черчилль сказал, что удовлетворен состоянием англо-советских связей, однако «внезапный поворот в советской политике в конце августа был шоком», многие подозревают, что у СССР есть военный союз с Германией, поэтому возникли подозрения. Проявляющаяся враждебность со стороны англичан, заявил он, как бы оправдываясь, исходит от «местных органов и отдельных чиновников», а не от правительства[335].

24 ноября состоялась встреча Майского с Батлером, по мнению которого советско-германский пакт оказался даже более благоприятным для Англии, чем для Германии. В результате его Англия получила нейтралитет Италии и Испании, смягчение отношений с Японией. Германия же потеряла позиции на Балтике, половину Польши и легкие подступы к Румынии и Черному морю. Батлер заметил, что обвинения СССР в адрес Англии несправедливы. Британское правительство не объявило войну СССР и даже не отозвало своего посла из-за вступления Красной Армии в Польшу, хотя некоторые круги требовали этого. Оно не вмешалось в переговоры между СССР и тремя Балтийскими государствами. Англия проявляет меньшую активность в финском вопросе, чем того хотят финны. В отличие от Даладье Англия не требует возвращения Польше Западной Украины и Западной Белоруссии. Нет оснований подозревать Англию в желании начать войну против СССР, тем более, что это было бы глупостью, когда она находится в состоянии войны с Германией.