Николай II

Все просто. Нет масонов в трудах Ленина, значит, их в природе не было. От себя добавлю, что и в энциклопедии «Великая Октябрьская социалистическая революция» (М., 1977) о масонах нет ни слова.

Но вот грянула «перестройка». В открытой продаже появились отечественные и эмигрантские книги, где говорится об участии масонов в Февральской революции. Отрицать очевидные факты новым правителям стало очень тяжело. Тогда была выдвинута новая доктрина: да, что-то было, а что — неважно. А кто пытается в этом разобраться, тот красно-коричневый, антисемит и вообще «бяка».

Но мы все-таки будем «бяками» и попробуем хотя бы немного разобраться в масонском заговоре, используя свидетельства участников и очевидцев. Начнем с…Ленина. Да ведь он же ни разу не употреблял слово «масоны»! Ну и что? Так ведь и сами масоны своих соратников (подельщиков) масонами не называли, а выражались всегда как-нибудь иносказательно. Так вот что писал вождь: «Эта восьмидневная революция была, если позволительно так метафорически выразиться, «разыграна» точно после десятка главных и второстепенных репетиций; «актеры» знали друг друга, свои роли, свои места, свою обстановку вдоль и поперек, насквозь, до всякого сколько-нибудь значительного оттенка политических направлений и приемов действия»[94].

Эти слова Ленина были как кость в горле у советских историков. И тот же Касвинов разъясняет читателю, что-де «актеры» — это пролетариат. Нелогичность объяснения, я думаю, очевидна. Да и называть пролетариат «актерами» при Ленине было небезопасно: можно было и на Соловки загреметь. Увы, нам предстоит собственный поиск лиц, названных Лениным «актерами».

Масоны в России появились еще во времена Петра Великого. Масонами были многие из декабристов. Но история масонства XVIII–XIX веков — тема особая, и мы будем говорить лишь о масонстве начала XX века.

Документация о деятельности масонов XX века хранится у нас под семью замками в закрытых архивах, куда попадают или за большие деньги, или благодаря связям с сильными мира сего. Поэтому приходится писать о масонах в основном со слов самих масонов, как, например, Нины Берберовой, или немногочисленных историков масонства, таких как Б. Н. Николаевский или Н. К. Яковлев.

В конце XIX века в Париже пользовался успехом профессор юрист Максим Максимович Ковалевский. Между 1898–1902 гг. он вступает во французскую масонскую ложу «Великий Восток». При содействии Ковалевского к 1906 г. пятнадцать русских вошли в ложу «Великий Восток». Среди них были В. А. Маклаков, В. И. Немирович-Данченко, А. В. Амфитеатров, В. О. Ключевский, изобретатель П. Н. Яблочков, князь С. Д. Урусов, дипломат И. Лорис-Меликов (племянник министра Александра III), граф Орлов-Давыдов, присяжный поверенный М. С. Маргулиес.

В 1906 г. Ковалевский прибывает в Россию к открытию Первой Государственной Думы, куда он выбирается без особых осложнений. Через два года в Москве, Петербурге, Киеве, Нижнем Новгороде, Харькове и других городах, от Варшавы до Иркутска, было открыто не менее восемнадцати лож.

Масонские ложи в России в XX веке имели четкую политическую ориентацию. Их целью было свержение само-Державин. Масонская ложа была вне- и надпартийной организацией. Там могли встречаться руководители различных организаций и групп, причем не как представители своих движений, а как члены ложи, требующей от них братского отношения друг к другу.

К 1909 г. в масонские ложи входили многие сотни членов. Однако многих «братьев» руководство лож считало не пригодными для дальнейшей деятельности. Кроме того, возникли подозрения, что видный масон князь Давид Осипович Бебутов информирует о ложах Департамент полиции. Поэтому руководство масонов прибегло к своей классической тактике. В 1909–1910 гг. все масонские ложи в России были распущены. Большинству членов объяснили роспуск тем, что охранке стало известно о существовании лож, неизбежны репрессии, потому необходима самоликвидация.

На деле этот роспуск был фиктивным и являлся прикрытием для реорганизации масонских лож. После «чистки» действительными членами остались только люди вполне надежные и близкие по своим взглядам. Реформированные ложи приняли более замкнутый, конспиративный характер. Такая конспиративность была необходима не только в целях предохранения организации от преследования полиции, но и для сохранения тайны ее существования от деятелей левого лагеря, которых по тем или иным причинам в эту организацию не вводили. Это было необходимо для того, чтобы организация могла выполнить поставленную перед ней основную политическую задачу: в рамках масонских лож согласование, хотя бы в известной степени, деятельности лидеров различных политических групп могло проводиться успешно лишь постольку, поскольку эти группы не догадывались, что являются в некоторой степени объектами ведущейся втайне от них политической игры.