Я РаспутинЪ

Дабы спасти от унижения Палицына-младшего, генерал увлек меня в курительную комнату «попробовать новые кубинские сигары». Я не курил в своей «прошлой» жизни, не собирался начинать и в «новой». Вежливо отказался.

– Что же ваши видения? – поинтересовался Палицын, плотно прикрывая дверь – Говорят на Крещении вам было послание свыше?

– Ох, Федор Федорович! Грехи мои тяжкие, морока на глаза падает, образы мелькают – я тяжело вздохнул – Голове апосля болит, словно чугуном залитая.

– И что же видится?

– Из последнего – железные птицы аеропланы огромные по небу летят. О двух моторах на каждом крыле. Из нутров солдаты с шелковыми мешками, наподобие парусов, вниз сыпятся, словно саранча.

Палицын обалдело на меня уставился:

– Это что же, парашюты?

– Не знаю, батюшка, белые такие купола по всему небу и летят, летят, медленно так вниз…

– Это как же понимать?

– Как хошь, так и понимай. Мне объяснений не дается, только видения.

Разумеется, моя задача была не объяснять генералу идею десантных войск – до Ильи Муромца еще восемь лет, да и не нужны десанты на Первой мировой. Тут бы патронов да пушек со снарядами запасти. Моя идея была в другом – заронить в головы генералитета саму возможность боевого применения самолетов. Сейчас военные воспринимают аэростаты да аэропланы как игрушку. Ну занимается Кованько чем-то там на Волынском поле, Великого князя вовлек, ну так чем бы дитя не тешилось… А мы тут будем по-прежнему готовится к прошлым войнам. Шашку наголо, ура, ура…

С Палицыным беседовали долго – он аж три сигары с долгими перерывом выкурил. Но вроде бы что-то в голову заронить удалось. По крайней мере взгляд у генерала после того, как мы вышли из курительной, был сильно задумчивый.