Дарвиновская революция
- Автор: Рьюз Майкл
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-17-107266-7
- Переводчик: Виктор Спаров
- Жанр: Религиозные исследования
Электронная книга - «Дарвиновская революция». Краткое содержание книги:
Автор дает подробный и беспримерный по детализации обзор естественнонаучных и религиозных представлений, которые господствовали в просвещенном мире до того, как теория Дарвина заняла свое место в научной картине. Он также описывает драматичные сдвиги, имевшие место в период становления нового мировоззрения, и всесторонне анализирует его влияние на то, как мы рассуждаем сегодня.
В формате a4.pdf сохранен издательский макет.
Обратите внимание на два момента. Первый – что необязательно быть эволюционистом, чтобы понять и принять эмбриологию Фон Бэра. Сам он так никогда и не стал эволюционистом, хотя ими стали многие из тех, кто оказал на него влияние, прежде всего Дарвин. Второй – это наличие большого количества сходств между законом Бэра и законом Меккеля – Серре. Сравнивая ранние эмбриональные стадии, видишь много соответствий между ними. А переходя к различным формам позвоночных, видишь, например, что и тот и другой отмечают подобие раннего эмбриона самым примитивным формам позвоночных (низшая ступень на лестнице бытия) – первобытным рыбам. Но если трансценденталисты настаивают на полном подобии эмбриона взрослой рыбе, то Фон Бэр видит в зародыше лишь эмбрион будущей рыбы, очень смутно и расплывчато напоминающий саму взрослую рыбу. После этого число соответствий начинает стремительно убывать, а количество расхождений между двумя этими позициями возрастает. Фон Бэр и его последователи не видят оснований для того, почему после прохождения первой стадии все высшие позвоночные непременно должны походить на взрослые или даже эмбриональные формы следующего уровня организации позвоночных – скажем, на пресмыкающихся. Действительно, не существует какого-то уникального набора уровней, через которые проходят эмбрионы, хотя, прослеживая линию развития высших позвоночных и следуя тому же концептуальному методу дивергенции, можно иногда установить определенную последовательность у низших эмбриональных форм позвоночных. Чтобы подняться до более продвинутых форм, все они должны – хотя бы часть пути – пройти заданными путями. Вот здесь-то и возникает «незаполненное пространство», допускающее чисто поверхностное пересечение (отсюда и путаница) взглядов Фон Бэра и трансенденталистов.
Возвращаясь к палеонтологии, мы видим, что идеи Агасси были важны с двух точек зрения. Во-первых, именно Агасси первым сделал особый акцент на прогрессивности палеонтологической летописи. Седжвик, например, тоже ратовал за прогрессивную природу летописи, считая человека ее вершиной. Но Седжвик при этом делал акцент на подготовке мира к появлению человека (достижение нужных температур, к примеру) и на связанных с этим органических изменениях, а не на самих организмах, предварявших появление человека. Каждый признает наличие определенного сходства между человеком и другими позвоночными (например, скелетный изоморфизм), но акцент на адаптации как неотъемлемой части божественного замысла обесценивает важность этого сходства. Другими словами, вопрос о том, что эти низшие формы обдуманно развивались и формировались по нарастающей, пока не достигли своей кульминации в человеке, даже не стоял. Агасси, с другой стороны, интуитивно чувствовал такую прогрессивную подготовку, предшествовавшую появлению человека. Испытав в юные годы влияние трансцендентальной мысли, он искал концептуальные связи между позвоночными и, найдя их, заявил, что эту прогрессию мы можем видеть в современном мире у позвоночных животных: рыб, пресмыкающихся и так далее, вплоть до млекопитающих и человека. И с той же прозорливостью он разглядел эту прогрессию в палеонтологической летописи. «История Земли свидетельствует о ее Творце. Она говорит, что объектом и смыслом творения является человек. Он провозглашен венцом природы с первого появления организованных существ, и каждая важная модификация в целой веренице таких существ – это шаг вперед к определенному условию развития органической жизни» (Агасси, 1842, с. 399; цитата из Боулера, 1976а, с. 49).
Как видим, Агасси тоже испытал влияние Кювье. Поэтому и он тоже не видел прогрессии между embranchements, заявляя, что представители всех четырех типов появились все вместе, хотя Седжвик и Мерчисон в это время уже начали открывать ископаемых, предшествовавших позвоночным. К тому же Агасси не был эволюционистом. Между прогрессивными классами он видел разделявшие их непроходимые пропасти и, за исключением человека, не видел внутри самих классов даже временной прогрессии (например, прогрессии среди рыб). Этим антиэволюционизмом отмечена вся жизнь Агасси. В середине 1840-х годов он пересек Атлантику, обосновался в Гарварде и стал признанным вождем американской оппозиции в борьбе против дарвинизма. (Классическим трудом, созданным им, считается «Очерк о классификации» (1859), впервые опубликованный в 1857 году как часть научного альманаха «Вклад в естественную историю Соединенных Штатов Америки».)